– Руки, – рыкнула я. – В стороны! И спиной повернись.

Недовольно зарычал. А я нагло отзеркалила.

– Лучше не спорь со мной, – тыкнула пальцем в твердую грудь. – Сначала я тебя вылечу, накормлю, а потом все остальное. Если будешь себя хорошо вести.

Меня одарили таким колючим взглядом, словно пообещали все наказания мира. Вот только мне на это было глубоко наплевать. Все, что сейчас имело значение – это вылечить Трея, помочь ему всем, чем могу.

Оборотень недовольно прищурился и все же притянул меня к себе, наградив долгим поцелуем. Я даже на мгновение забыла о всех своих наполеоновских планах.

Просто попала в водоворот из чувств болезненной потребности, жгучего желания и чего-то еще, намного большего. К счастью, Трей все же отстранился. Сама бы я не смогла разорвать объятья даже под страхом смерти.

– Потом отплатишь за мою покладистость, она стоит дорого, – выдохнул он и резко отвернулся, подставляя спину.

– Надеюсь у меня хватит монет, – пытаясь привести мысли в порядок, пробормотала я и постаралась сосредоточиться на насущном.

Взяла в руки мочалку и, выдавив на нее гель для душа, взбила пену.

– Не волнуйся, возьму натурой, – хмыкнул в это время несносный мужчина.

– Моя натура тоже не дешевая, – в тон ему ответила я и осторожно провела мочалкой по плечам.

Спустилась на лопатки и круговыми невесомыми движениями стала отмывать грязь и едва заметные капли крови, выступившей из поврежденной и уже зажившей кожи.

– Сойдемся один к одному, – постановил Трей, тихо выдыхая.

– Постараемся, – согласилась я.

И продолжила мыть своего мужчину. Наслаждалась каждым изгибом его накаченного тела, твердостью мышц и с каким-то обреченным фатализмом осознавала: он не понимает, что сейчас творится у меня в душе.

Несмотря на всю свою браваду, мне хотелось откровенно разреветься и постоянно просить прощения. А вслед за этим начинала сжигать ярость и желание найти всех, кто причастен к произошедшему, и провести их мордами по асфальту. И я даже не сомневалась, что у меня это получится.

В общем, метало меня знатно. И если бы не накатывающие волны нежности к своему мужчине, точно бы сорвалась на поиски его обидчиков. А так, сосредоточившись на близости Трея и своих плавных поглаживающих движениях, я вошла в некое состояние транса.

Сначала проводила по его коже мочалкой и вслед за этим стирала царапающие ощущения своей ладонью. А он позволял мне делать с ним все, что считаю нужным, и это окончательно рвало башню. Когда ж еще сильный мужчина, привыкший властвовать, будет всецело в моих руках, как пластилин, смягчающийся от нежных касаний и моментально затвердевающий, стоит лишь усилить хватку?

Сама не заметила, в какой момент начала его целовать. Легко и невесомо проводила губами по влажной коже. Впитывала ее жар.