Все, кто встанет между тобой и Дастаном будут раздавлены и перемолоты. Мне хватило одного раза, чтобы это понять.

— Может ты и прав. Я отдала городу десять лет жизни. У меня больше ничего нет. Ради чего мне еще жить?

Между нами повисла гнетущая тишина. Похоже, она и правда что-то чувствовала ко мне. Но я чувствовал лишь отторжение и обиду, засевшую глубоко в сердце.

— Я читал твои письма. Угрозы и извинения, через одно. Тебе бы определиться чего ты на самом деле хочешь. Ты — хороший правитель, Санара. Ты на своем месте. Не нужно себя ломать ради кого-то вроде меня. Мы попробовали, у нас не получилось. Это ведь изначально был фиктивный брак, помнишь?

— Я позабыла об этом… Как и о том, для чего все задумано. А как же Альбер? Ты предашь его память?

— Все, что касается его дневников, я передал Гае. Она знает где их искать. Он был бы рад этому.

— А Дастан? Как быть с Альянсом?

— Я верю в Норма, он справится. Таша поможет. Ксандр тоже не станет стоять в стороне. Ведь я не стратег, не полководец. Всего лишь военный медик, пусть и со светлой головой. Один обиженный калека погоды не сделает. Просто дай им волю и не поступай как со мной. Альянсом руководят отнюдь не идиоты, я всего лишь перенял идею. А эта троица доведет дело до конца, вот увидишь. Альянс охренеет.

— Меньше всего на свете я думала о том, что все может так сложиться. Так резко, глупо и внезапно… Неужели все кончится здесь, Патрик? Я до последнего надеялась, что ты просто решил показать характер. Но мой дар говорит об обратном. Ни слова лжи…. Мне правда жаль…

— Мне тоже Санара. Мне тоже…

— Чешется, сил нет, — выдохнул я удрученно.

— Мне это знакомо, — улыбнулась она грустно.

— Знаешь, как бы дико не звучало, но рука отрастет через пару месяцев. Это маленький бонус от виверны. У нее очень сильная регенерация.

— Я рада. Очень рада, правда! Может, когда она отрастет, ты дашь мне второй шанс? Если не как жене, то хотя бы, как другу? Никто не знает, что снами будет завтра. Я ведь не враг тебе, Патрик!

— Мысль мудрая, но запоздалая… — оценил я вскользь. — Как Рауф? Ты ведь сделала его наместником?

— Да. Справляется, но совсем перестал улыбаться. Если бы не чувство долга, он бы ушел вслед за тобой. Боится сказать лишнее слово. Теперь они все боятся.

Санару болезненно передернуло. Фиолетовые огоньки в ее зрачках на миг всполохнули, но тут же угасли.

— Патрик… прошу, забудь все, что я сказала в тот вечер. Все это… лишь слова усталой, раздосадованной женщины. Да, был соблазн лишить тебя свободы на какое-то время, но только чтобы удержать. Чтобы ты остыл и… простил меня. Звучит глупо, но, ничего лучше я придумать не смогла на тот момент. Пусть я и спустила всех собак, но не появись ты в таверне вовремя, матушки и отца могло уже не быть в живых.

Я обделалась со всех сторон, это — факт.