– Ты опять кусочничала? Софка, ну ведь даже зубы не почистила!

Сонечка рассмеялась и выскочила прочь. Лиза вздохнула.

– И мы только в первом классе… Дай Бог терпения, – подошла ближе и запустила пятерню мне в волосы, – А Мальвине не мешало бы подкрасить корни. Или может уже подберем другой образ?

Я покачала головой, выворачиваясь из-под ее руки и направляя кресло в коридор. Синий цвет шевелюры – это мой эксперимент двухгодичной давности. Мы с Лизой поспорили, что я не рискну пойти на такой шаг, а тем более показаться в этом виде Стёпе. Но азарт и тяга к сомнительным авантюрам взяли верх. В итоге, вышло очень даже не плохо. А после аварии мой мир так резко изменился, что я до жути боялась поменять в себе этот последний штрих, соединяющий меня с той беззаботной девушкой, которой я была.

Привычный маршрут ванная-кухня и уже приготовленные Лизой лекарства на столе. Шесть таблеток, вкус которых, кажется, навечно въелся в мой язык. Зажмурилась и закинула в рот все сразу. Запила большим глотком воды, поморщилась и выпила всё до капли. По коже промчалась дрожь. Открыв глаза, уставилась в широкое окно прямо перед собой. Богом клянусь, я увидела летящего в небе дракона! Проморгавшись, посмотрела снова. Теперь черная тень мелькнула в отражении стекла. Доля секунды – и все исчезло. Такого со мной еще ни разу не было, а ведь одно время я сидела на гораздо более сильных обезболивающих.

На кухню прошла сестра, беззаботно напевая какую-то мелодию. Быстренько расставила тарелки, чашки и принялась разливать чай.

– Чего сидишь, как мешком ударенная?

Я достала блокнот, положила на стол и быстро написала:

Лиза поставила на середину блюдо с оладьями и мельком глянула в мои записи.

– Почему? Судя по последним анализам, они неплохо помогают…

В дверь позвонили и это к счастью отвлекло Лизу от меня. Она поторопилась открывать, чуть не столкнувшись в коридоре с Соней. Девочка в припрыжку ворвалась на кухню и вновь прилепилась ко мне. Крепко-крепко обняла, прижавшись еще мокрым от умывания личиком к моей щеке, потом пододвинула стул и села рядом. Ярко-розовое платье делало ее похожей на большую нарядную куклу.

– Это бабушка пришла.

Мало приятного… Мать Олега – Лизиного мужа, не особо меня любила. Кроме того, она открыто выражала свое мнение о присутствии в семье ее сына такого вот «хомута» в виде родственницы в инвалидном кресле. С одной стороны, понять можно, а с другой… Ножом по сердцу.

Мотнув головой, дабы отогнать неприятные мысли, взялась за ручку.

Соня отобрала у меня принадлежность и пририсовала смайлику усы и большие уши.

– Нет, я бы лучше осталась дома. Но бабуля любит меня и хочет проводить со мной больше времени.

Я вновь повернулась к окну, задумчиво вглядываясь в сероватое небо.