Она просила  о помощи, говорила, что это не хотела, упоминала каких-то "оних".

Видимо, на меня влияло, что перед отбоем я изучала мамин дневник. Может, мне показалось? Может, студентка никакой ахинеи не несла и сама совершила над собой злодеяние.

– Твари, что вам девочка сделала? – не унималась морская царевна. – Она же беззащитная, почти без магии.

– Уймись, – призвала ее к порядку старшая в корпусе. – Злата и Ульяна только поступили. При всем желании бы не смогли.

– Я этого так не оставлю, – пылала праведным гневом Мила. – Люба тоже русалка. Ее мой отец как придворную отправил…

Меня била дрожь все время, пока мы стояли над телом Любы. Майя Вольфовна никому не давала подойти к нам, поэтому на лестнице образовался своеобразный круг. На расстоянии держались любопытствующие студенты во главе с Милой, стянувшиеся в плотные ряды, перед ними стояли завхоз вместе с комендантшей, бросавшие на меня укоризненные взгляды, и я со Златой.

Подруга меня поддерживала, но я все равно почему-то ощущала себя виноватой. Несчастная же звала меня, кричала, просила о помощи.

– Что произошло?! – первым услышала спокойный голос Дмитрия Игоревича.

Ректор с трудом пробирался через толпу учеников, а за ним следовал вечно хмурый декан криминалистики.

– Разошлись все быстро! – прикрикнул Вячеслав Алексеевич, умевший наводить панику на молодежь. – Хотите к Контузову на внеклассные занятия? Или ко мне?

К двум энтузиастам никто не стремился, и большинство студентов ретировалось, включая оборзевшую, но все-таки расстроенную русалку. Мила сжимала перила, трясла волосами и всхлипывала. Мне даже стало жаль ее, но что я могла поделать?

Мне тоже хотелось уйти. А что? Он же точных команд не давал, что мне требуется остаться. Так что подобравшись, поспешила раствориться среди шепчущихся девчонок. Но Бойцов, внимательный хлыщ, мои поползновения пресек одним  движением. Схватил за шкирку, остановил и, возвышаясь надо мной, начал выспрашивать:

– Вы-то куда собрались, Ульяна? – по тону невозможно понять, обвиняет он или нет. – Кто-то должен рассказать о произошедшем.

– А она без адвоката говорить ничего не будет, – вылезла впереди Волкова. – Что за царство такое, один день, и студента грохнули? У вас как с системой безопасности?

Профессор с ужасом посмотрел на начальство. Не привык он к хамовитым дамочкам, указывающим на ошибки. А мы такие, нам палец в рот не клади, и другие конечности тоже не стоит.

– Скройтесь, Волкова, – прижал ладонь к переносице явно уставший глава Университета. – Ничего мы Ульяне не сделаем, только расспросим, что случилось.

– Ага, так я и поверила, – фыркнула она. – Это какой-то стандартный развод прокуратуры. Если что, имейте в виду, я здесь на уши всех подниму.