– Сегодня на встречу вы едете со мной. Много информации, всё под запись, – рычит босс.

– Поняла. Буду готова.

Он скидывает внутренний звонок сам."

"Опять с ним на встречу, проторчим там несколько часов. Партнёры новые, обсуждения будут долгими. Уверена, до шести не успеем.

Но в такие моменты я не возмущалась, потому как если босс меня задерживал и я перерабатывала время, в конце месяца мне всегда платил премию. Очень хорошую премию.

Вот и сегодня, скорее всего, придётся задержаться. Я и не торопилась. Если раньше хотя бы иногда меня дома ждал Артём, то сейчас, с его отсутствием, отпало большое количество обязанностей и в первую очередь готовка.

Я приходила в свою квартиру, готовила лёгкий ужин и падала перед телевизором.

В последнее время, правда, записалась в спортивный зал, скорее, для собственного развития и улучшения самооценки. Теперь могла себе позволить.

– Едем, Алиса Витальевна. – Босс вихрем проносится мимо меня на выход, и я, вскакивая, спешу вслед за ним.

Весь офис провожает нас ликующими взглядами, понимая: если уходим Артов и я, значит, на переговоры, которые затянутся надолго, и сегодня он уже не вернётся. Это для всех означало одно: можно расслабиться и провести остаток дня, ничего не делая.

Глава 3

Едем в большом джипе Артова как всегда молча. Он никогда не разговаривает со мной на отвлечённые темы, не шутит и ничего не спрашивает, лишь отвечает на телефонные звонки.

Даже когда мы попадали в многочасовые пробки, общения не происходило, мы молча думали о своём. Меня это совершенно не напрягало, его, кажется, тоже.

Напряжённо сжимает руль, иногда исподлобья посматривая в мою сторону, хотя раньше такого не происходило. Я чувствую, что он хочет что-то спросить, но не решается, словно от ответа зависит нечто важное для него самого.

Его удушающая аура уже давно не вызывает у меня страха, я спокойно нахожусь с ним наедине в полной тишине.

Многие считают, что два собеседника, в силу обстоятельств оказавшиеся в одном автомобиле, обязательно должны разговаривать, заполняя пустоту, но мы другой случай, точнее, мой босс. Любой мой вопрос или высказывание может сделать только хуже, намного хуже.

Трубка Артова разрывается, он несколько секунд смотрит на дисплей телефона и всё-таки принимает вызов.

– Привет, мам. – Сейчас он говорит не так, как обычно – мягче, насколько это вообще возможно в его случае.

Я слышу щебетание женщины в трубке, но что она говорит, разобрать не могу. Вообще, впервые попадаю на его общение с матерью. Отца, Алексея Дмитриевича, я знаю лично. Незадолго до моего прихода он покинул место генерального директора, уступив компанию сыновьям, так сказать, дал дорогу молодым.

Решил, что они вполне справляются и бизнесу необходимы молодые и активные кадры.