Судя по всему, заведение было рассчитано как раз на «старых дворян» – на столах приборов лежало куда больше, чем Инга привыкала.

В углу обнаружился скучающий Антон Сергеевич в парадном костюме, кивнувший Инге и Толику. Рядом с предпринимателем сидела его жена, к которой тут же рванула Марья, таща за собой Щенка. Неподалеку разместился небритый, не самый опрятный мужчина средних лет, бросивший на вошедших пронзительный взгляд.

Толик подвел Ингу к столику у окна и решил уточнить:

– Так, мы с тобой будем сидеть тут. Делай вид, что ты ни с кем не знакома, рассказывай все мне.

С шефом его родственник-маг, такой небритый чувак, вот он сидит, я как-то о нем говорил. И, чтобы честь все по чести, с деловым партером шефа тоже будет маг. Но мы сидеть отдельно будем, и никто на нас внимания не обратит.

– Сдурел? Маги вычислят меня в два счета.

«При использовании артефактов типа «Всевидящего ока» или заклинаний с таким же эффектом, вроде «Вороньего глаза», вероятность обнаружения при десятисекундном фокусе составляет семьдесят процентов, при двадцатисекундном приближается к девяноста...» – бубнил в ухо Демыч.

– Расслабься, все отлично будет.

Шеф заинтересован в том, чтобы тебя не раскрыли.

Инга сделала глубокий вдох, стараясь усмирить бешено бьющееся сердце. Ее-то, может, не раскроют, но она ведь не одна… Да и небритый мужчина смотрел в упор, словно все понял.

Зазвонил телефон. Номер незнакомый, но Инга смутно догадывалась, кому он мог принадлежать.

Щен словно бы что-то почувствовала, изогнувшись в руках девочки и смотря на эмпата.

– Вам пора валить домой, – прошипела трубка голосом Надежды, – сейчас же.

Инга поднялась на ноги. Толик правда верил в то, что все пройдет отлично, а вот Демыч, продолжавший что-то бубнить, был напуган до смерти.

Как и Надежда.

– Прости, я срочно должна идти, – Инга в два шага подошла к столику Антона Сергеевича, выхватила у испуганной девочки собаку и устремилась к выходу из ресторана.

– Подожди, Инга, ты…

Она увернулась от руки Толика, заслонившего путь к выходу. Прижала к себе шпица, чувствуя, как что-то тянется к мыслям, что-то незримое, заставляющее остановиться, замереть…

Двери ресторана распахнулись. Двое почти квадратных мужчин отодвинули Толика в сторону, и в сторону же шагнула Инга.

За «квадратами» шли сухопарый старик и молодая рыжеволосая девушка. Их появление развеяло ощущение скованности разума, и эмпат рванула прочь, мимо оттесненного в сторону приятеля. На улицу, как можно дальше от всего этого…

Остановилась она кварталах в четырех. Прижатая к груди Щен уже хрипела от недостатка кислорода.

Инга обернулась – никого. Отпустила собаку…

И совсем рядом послышался шелест шин. Эмпат повернулась, намереваясь бежать прочь, но ее поймали за руку.