Глубокой ночью в столовой Войцеховских сидели сам хозяин дома и Андрей Лопухов. Надежда была на смене, а Инга давно спала.

Его племянница – маг даже мысленно с трудом мог ее так называть – вечером казалась измотанной до крайности. Павел задумался о том, что, возможно, поспешил с включением ее в работу. Наверное, стоило ограничиться присутствием на допросах. А то трупы, кровь, перевертыши всякие…

Негатор, размышлявший о чем-то, рисуя на листе блокнота абстрактные узоры, с ленцой ответил:

– Она у тетки в Милане эту и следующую недели. С мелким.

– Мелким? Твой Михаил старше Д-Демыча, нет?

– Младше на два года. Но – мелкий. А какой еще, если я помню, как он мне до пояса едва доставал?

Павел невольно улыбнулся, пусть улыбка и вышла кривоватой. Он помнил, как Дашка подходила и обнимала его за колено. Еще когда ее мать не совсем разочаровалась в нем как в отце и муже.

– Ты погружаешься в прошлое, – недовольно заметил Андрей.

Павлу иногда казалось, что негатор имел способности эмпата. Шансы на это были примерно такие же, как найти снег в пустыне: история знала примеры одаренных, имевших больше одного ядра и одного Истока, но встречалось такое крайне редко. Да и не вязалось с этим предположением спокойствие Андрея при применении площадной изоляции. Будь у него два ядра – скручивало бы, как и всех остальных одаренных.

Так что никакой магии. Просто чертовски много времени, проведенного вместе, и хорошая наблюдательность.

– Б-будешь тут вспоминать, – поморщился Павел, признавая правоту негатора.

Лопухов посмотрел одним из своих «сострадательных» взглядов.

– Коль мы с тобой последний час гоняем одни и те же мысли по кругу, то предлагаю отвлечься от нынешнего дела.

– Это правда. Но надо или отправляться спать и думать завтра на свежую голову, или переключиться.

– П-переключиться на п-препарирование моих усталых мыслей?

– А ты помнишь, кто дает тебе психологическую оценку каждый месяц?

Павел поморщился. Риторический вопрос.

Маг пошел на кухню, заварил себе и Андрею один из бодрящих настоев алтайских трав. Алхимию пить в одиночку не хотелось, а на негатора она бы не подействовала.

Отвлечь внимание не получилось – Лопухов все еще смотрел на него взглядом, предполагавшим почти принудительную откровенность.

До слуха Павла донесся тихий скрип. Дверь уборной или петли на форточке, которые он никак не смажет? Тратить силы и уточнять не хотелось, опасности не было, так что маг предпочел не думать о ерунде. Тем более что Андрей явно не собирался оставлять его в покое.

– Ладно. Хорошо. Д-да, п-после того как все п-подтвердилось, я чаше вспоминаю п-прошлое. Сравниваю неслучившееся с имеющимся. Д-доволен?

– Нет. Мы оба знаем, что суррогаты ни к чему хорошему не приводят. Твоя дочь мертва.