И к тому моменту, когда Ольга села на высокий табурет напротив него, поставив на стол тарелку со сладким вариантом вафель, он успел слопать одну сырную, посыпав ее мелко порезанным и зажаренным до хруста беконом.

– У нас есть какие-нибудь планы на эти выходные, или ты устал и предпочтешь ограничиться ленивым барбекю в моем дворе?

Настроение сразу испортилось. О да, Дементьев жаждал ленивого барбекю в ее дворе. А еще лениво качаться на больших садовых качелях, сидя в обнимку и укутавшись пледами. Или лениво курить в маленькой беседке, потягивая глинтвейн и глядя на почти полностью осыпавшиеся деревья, мокрые после дождя. Пожалуй, ему впервые за много лет нравилась осень, хотя та уже перешла в самую отвратную свою стадию.

Они еще много чем могли бы заняться – ленивым и не очень – не выходя за пределы ее участка. Их встречи были редкими и короткими, а потому никаких дополнительных атрибутов в виде походов в ресторан или кинотеатр никому из них не требовалось. Ольга любила уединение, Дементьев, набегавшись на расследованиях, особенно сильно любил диван. И это делало их почти идеальной парой.

Если бы только не Дворжак со своим треклятым расследованием, возникшим из небытия!

– Тут такое дело, – виновато протянул Дементьев, сосредоточенно поливая вафлю кленовым сиропом. – В общем, мне шеф звонил, требует немедленно начать расследование. Так что накрылись выходные. Позавтракаю – и надо будет связаться с капитаном Карповым. Ты его, наверное, не помнишь, но он расследовал тогда дело о гибели приятеля Крыски и других.

Он оторвал взгляд от вафли и посмотрел на Ольгу. Та выглядела совершенно спокойной. Ни обиды, ни огорчения. Даже самому стало немного обидно, хотя она наверняка просто тоже старалась уважать его границы – важность и непредсказуемость работы.

– Значит, это расследование снова в Москве? – уточнила Ольга, глядя на него поверх чашки.

– Да. Если инициатор запроса Карпов, значит, происшествие в том же районе.

– Возьми меня с собой.

Просьба застала его врасплох. Пару раз Ольга уже оказывалась втянута в аномальные события, но радости по этому поводу не демонстрировала. В феврале, когда они и познакомились, она изо всех сил до последнего отрицала сверхъестественную природу происходящего. Пока на нее не напал демон. В июле просто выглядела очень напуганной. Даже собиралась сменить жанр, в котором писала, чтобы созданные ею ужасы больше не оживали. О его работе они никогда не говорили: Ольга не спрашивала, Дементьев по старой следовательской привычке не распространялся.

И вот теперь она хочет поучаствовать. Наверное, ему не удалось скрыть удивление на грани шока, потому что Ольга как будто даже смутилась.

– А что такого? Я уже помогала вам раньше.