Опечаленная, Эбби прильнула к Вивиано еще сильнее.

— Я точно и не знаю, — сказал он. — Я не знаю. Магнассон постоянно дергает меня; он утверждает, что теперь моя деятельность способна лишь помешать достижению их цели.

— Каким это образом? Я отказываюсь понимать.

— У меня много сложных незавершенных дел, связанных с «Кровавыми» и «Партизанами». А положение на улицах не стало лучше. — Легкое удовлетворение мелькнуло на его вдруг прояснившемся лице. — Правда, мне пришлось изрядно постараться, чтобы схватить парня, который убил Гектора. Поймал его сегодня утром.

Эбби довольно улыбнулась.

— Хоть одним незаконченным делом стало меньше.

— Ты права, дорогая. К сожалению, остальные незавершенные дела еще ждут своего часа. И я боюсь, что лейтенант Кэпшоу не так терпелив, как я.

Эбби наградила своего сержанта долгим, нежным поцелуем.

— В таком случае, — сказала она, — чуть позже я пойду и надену мои выходные джинсы, в которых я наношу официальные визиты в полицейский участок.

— Сделай это немедленно, — распорядился Майкл, — прежде чем мы воспользуемся возможностью…

Эбби вдруг стала серьезной:

— Я бы рискнула затеять немедленно нашу «игру» уже ради того, чтобы видеть, как ты будешь объяснять свое опоздание лейтенанту. И мистеру Магнассону.

— Лейтенант давно махнул на меня рукой. А Магнассону я бы с удовольствием рассказал о нашей любви, боюсь только, что этот фанатичный сухарь просто не поймет, о чем идет речь.

Несмотря на шутливый тон, Эбби мгновенно уловила, что его по-прежнему угнетает воспоминание о погибших парнях.

— Но это же не твоя вина, Майкл.

— Все случившееся — и моя вина, — помрачнев, ответил Майкл. — Во всяком случае, так утверждает непорочный Магнассон.

С нежной, все понимающей улыбкой она медленно покачала головой:

— Ты снова спас мне жизнь, Майкл! Когда завершим дела в полиции, мы найдем чем заняться…

Участок нисколько не изменился за последние несколько дней. Эбби успела возненавидеть эти грязные стены и несмолкаемый разноголосый шум. Но что она люто ненавидела, так это снова и снова рассматривать истрепанные альбомы с мерзкими фотографиями подозреваемых.

Неужели чинушам из Агентства кажется, что на сей раз этот неуловимый парень станет более узнаваемым. Эбби уже доставляло удовольствие видеть их разочарованные физиономии, когда она по-прежнему не решалась сказать: «Да, это определенно тот мужчина, который вышиб мою дверь и пытался задушить меня».

Свэнн заверил Эбби, что множество людей испытывают трудности при узнавании «плохих парней» на фотографиях, но Магнассона такая плохая память на лица возмущала.