— Каким образом я проснулся на твоей кушетке?

Эбби с недоумением пожала плечами.

— Возможно, потому что заснул на ней. Коп слишком тяжел, чтобы его можно было отнести к лифту, а на своей кровати я никому не разрешаю спать.

— Почему ты не разбудила меня?

У нее иссякло терпение от его вопросов.

— Я не хотела подвергать опасности жителей Чикаго. А ты определенно не был в состоянии вести машину.

Майкл сердито нахмурился.

— Это я должен был решать сам.

Глаза Эбби гневно сверкнули.

— Именно поэтому я и не стала тебя будить. Я знала, как бы ты в этом случае «вежливо» мне ответил.

— Леди, вы не моя мама.

— Ты ведешь себя с глупой самоуверенностью шестилетнего мальчишки. Ключи от твоей машины на столике в прихожей.

— Тут есть одна проблема, — как можно спокойнее сказал Майкл с сузившимися от боли глазами. — Ты должна поехать вместе со мной. Лейтенант хочет видеть нас обоих в участке.

— Тогда не будем терять времени. Я не сяду с тобой в машину, пока ты сейчас же не позавтракаешь. Может быть, после еды у тебя пройдет головокружение. Неужели так трудно выполнить мою просьбу?

— Можешь принять душ, пока я буду готовить завтрак. Ты не против яиц?

Они стояли, глядя друг другу в лицо еще несколько секунд, оба усталые, напряженные, раздраженные. Майкл не удержался и пошутил:

— Только на тарелке.

Готовя быстрый завтрак на двоих, Эбби думала о мужчине в ее ванной. Он неожиданно заснул как мертвый вчера ночью, не доев пиццу, и не мудрено. Это был тяжелый день для них обоих. Сон сморил сержанта Вивиано на ее софе…

Эбби сидела напротив спящего Майкла совершенно растерянная. Ничего подобного раньше с ней не случалось. Должна ли она разбудить его и отправить домой? Или позволить ему остаться здесь?

Спящий Майкл выглядел таким уязвимым. Она долго сидела неподвижно, просто глядя на него. Позже ей все-таки удалось приподнять его и переложить на кушетку, накрыв старым стеганым одеялом. А затем она снова долго стояла рядом с уснувшим Майклом и глядела на него.

Он спал тем счастливым сном, каким спят маленькие дети. Скатившись на бок, сунув руку под голову и вытянув ноги поверх диванных подушек. Эбби нагнулась над ним, откинула его волосы назад, чтобы увидеть, как он улыбнулся от ее прикосновения. И сердце ее упало в какую-то бездонную пропасть.

Разбивая яйца, одно за другим, Эбби включила тостер. Ей было самой забавно наблюдать, как пробуждались в ней первородные материнские инстинкты. Ничто так не преображает женщину, как стремление позаботиться о мужчине, когда он болен, или у него неприятности.

Все, чего она хотела, когда увидела счастливую улыбку на лице Майкла, — это прижать его к себе и взъерошить густые волосы.

Тост выскочил из тостера, напугав ее. Она достала масло и смазала ломтик. Она все делает правильно.