Эбби сделала последний стежок на лбу содрогающегося от страха маленького пациента и стянула перчатки. Еще одна бессонная ночь в старом зоопарке, подумала она.

За последние ночные дежурства Эбби столкнулась с двумя тяжелыми травмами, одним сердечным приступом и по крайней мере с сорока двумя рваными ранами, вот такими же, как эта. Температура у раненого опять поднялась.

— У вас найдется минутка, чтобы посмотреть человека с острой болью в спине? — спросила Фиби, заглядывая в дверь.

Эбби кивнула и продолжила успокаивать взволнованных родителей: их первенец не только переживет это путешествие в реанимационную палату, убеждала она, но в скором времени выйдет оттуда. Однако родители малыша продолжали волноваться.

— Как давно возникли боли? — спросила она у Фиби, взяв мыло и открыв горячую воду.

— С тех пор как полиция забрала его по обвинению в краже.

Как все знакомо, усмехнулась Эбби, еще один типичный день в бурной жизни Чикаго.

— Скажите офицеру, что я вылечу его подопечного так быстро, как только смогу.

— Скажите ему сами, — ответила Фиби. — Он спрашивал вас по имени.

Эбби подняла глаза, краска залила ее лицо и шею. В свои тридцать лет она вдруг начала вести себя как пятнадцатилетняя девочка.

— А кто же еще? — рассмеялась довольная Фиби.

— Ну, — сказала Эбби, подойдя к полицейскому в голубой форме, — кто на этой неделе собирается застрелить вас, сержант?

Лицо Майкла светилось от счастья. Ни он, ни Эбби не замечали доброжелательных взглядов и улыбок сотрудников.

— Леди доктор, я сегодня задержусь. Мне посчастливилось поймать одного «приятеля» за полчаса до конца дежурства, а это означает два лишних часа возни с документами.

Она будет скучать по ловко прилаженной голубой форме Майкла. Хотя ничего нет удивительного в том, что женщины питают слабость к мужчинам в форме.

— Если бы я была «приятелем», то потребовала бы извинений.

— От кого? — недоумевал Майкл. — От меня или от преступника?

— От обоих, — заявила неумолимая Эбби.

— Никто не умеет извиняться так, как я, разве ты этого не знаешь?

— В таком случае, будете извиняться в моей квартире, сержант. Скажем, в три?

— А у меня дома есть вино и сыр, к которым вы имеете бо-о-льшую слабость, док. Скажем, в два?

Эбби согласилась и пошла осматривать подопечного Майкла.

В этот вечер Эбби сама освободилась позже, потому что в последнюю минуту поступил тяжелый больной. Когда она приехала в свою квартиру, было уже около часа. Она хотела принять душ, переодеться, поймать такси, чтобы быстрее оказаться у Майкла. Она подумала, что если их свидания будут такими частыми, то ей необходим собственный автомобиль. Потому что поездки к Майклу выливались в значительную сумму. Она посмотрела на часы, когда вышла из лифта: у нее была еще уйма времени.