– Я двести раз подумал и все для себя решил!

– Смотри, я тебя предупредил.

Семен прекрасно понимал Игоря. Но ведь он управляет механизмом, в котором Пуп и Джема – основные элементы. И он не должен допустить, чтобы эти шестеренки сломались друг о друга, разрушив то, что создавалось годами.

– Я все сказал.

Семен вспомнил тот презрительный взгляд, каким Пуп на него посмотрел. Он понимал брата Наташи, но сегодня он на него зол. Потому руки на прощание не подал.

Семен спустился во двор, сел в машину. Харитон присоединился к нему.

– Сэм, ты все правильно сказал. Нам тут грызня не нужна. А Джему наказать надо…

Семен дождался, когда перед машиной откроются выездные ворота. Только тогда сказал:

– Накажем.

– Лишь бы только с Наташкой ничего не случилось… Да нет, не случилось! – всполошился вдруг Харитон и хлопнул водителя по плечу, чтобы тот остановился. – Смотри, живая и невредимая!

Наташа стояла на тротуаре по ту сторону дороги. С распущенными волосами. Пальто на ней, лаковые сапоги. Кейс в руке. Уж не деньги ли там, которые обещал Делавар?

Машина остановилась, и Семен тут же вышел из нее. Широким шагом направился к девушке, но на полпути остановился. Он, конечно, очень за нее переживал. И очень рад, что она жива. Но ведь она его предала. Она ему изменила…

Наташа на месте не устояла. Отшвырнула в сторону кейс и побежала к Семену. Он видел, как из ее глаз хлынули слезы. А когда она бросилась к нему на шею, услышал рыдания, сквозь которые раздался крик:

– Они там, в машине!

Одной рукой она держалась за его шею, а другой показала на «Ниву», что стояла в отдалении.

– Я не хочу умирать! Спаси…

Наташа не договорила. В глубине «Нивы» мелькнул огонек, и она дернулась, будто сзади ее ударили.

Тут же послышались выстрелы. Это телохранители бежали к «Ниве», на ходу разряжая в нее пистолеты. А Харитон схватил Семена за руку, чтобы увести за машину. Он повиновался, но спрятался за «Мерседес» вместе с Наташей.

Она была еще жива. Изо рта на подбородок стекала струйка крови, в гаснущих глазах – страх перед смертью, но улыбка счастливая, хотя девушка и умирала.

– В кейсе бомба, – глядя на Семена, пробормотала она. – Они говорили, я слышала… Если бомба не сработает, будет снайпер… В тебя… Но лучше я… Я виновата… Очень… Прости… И не отпускай!..

Наташа конвульсивно вцепилась в руку Семена, он накрыл ее ладонь своими губами. Но хватка ослабла, пальцы разжались. Наташа затихла. Навсегда. Ее глаза смотрели в небо. В вечность. И Семен, взвыв раненым волком, устремил туда взгляд.

* * *Джема еще ничего не знала. Наташу застрелили, на Семена покушались, а она не в курсе. Чапик ее сдал, Жору вот-вот за жабры возьмут, а ей хоть бы хны. Загадочно улыбается, глядя, с каким удивлением Семен смотрит на новую горничную.