Но Семен-то знал, что это правда. Омерзительные откровения обалдевшего от кайфа извращенца… Рука сама потянулась к пистолету. Но Пуп его опередил. От близкого выстрела зазвенело в ушах. Но в любом случае Семен уже не мог слушать, как какие-то ублюдки измывались над его Наташей. Потому что Алекс замолчал навечно…

* * *Волки надвигались со всех сторон, мутными бесформенными тенями, размытым, едва осязаемым рыком. Чапик отстреливался, пока не закончились патроны, но эти потусторонние твари все ближе. Спасения, казалось, не было, но ружье вдруг разразилось автоматной очередью. Правда, отдачи никакой нет, трассеры из стволов не высекаются, волки не валятся в снег…

Да и не автомат это трещит, а телефон звонит. И волков здесь нет, если не считать Стержня и Василя. Ночь на дворе, темно в комнате, а пацаны спят без задних ног, им до телефона и дела нет. Ну да, Чапик у них старший, ему и трубку брать.

– Да, Сэм!

Теперь у Чапика своя «девятка» и экипаж в подчинении. Сейчас он напрямую подчиняется самому Сэму. Потому что уже здорово ему помог. И еще может отличиться, если найдет Наташу. А она может вернуться в эту злополучную квартиру. Делавар может ее сюда привезти. Вероятность такого события ничтожно мала, но Чапик все равно устроил здесь засаду. Только на одну ночь – потому что утром он снова помчится разыскивать ее…

– Какой я тебе Сэм? – хихикнула в трубку какая-то женщина.

Голос вроде бы знакомый, но Чапик не смог вспомнить, где он его слышал.

– Что, не узнаешь?

– Ну…

– Да Люба я, из «Ландыша»…

– А-а, Люба! – Парень вспомнил разбитную официантку. Кажется, он оставлял ей этот телефон, чтобы она ему позвонила.

– Вспомнил?

– Ну да, конечно!

– Ты спишь, что ли?

– Да нет, уже не сплю. Твоими молитвами…

– Уморил! Моими молитвами!

Голос у Любы веселый, пьяный; слышно, как рядом с ней стаканы звенят, чьи-то голоса звучат.

– Чего звонишь?

– Как чего? Ты же сам сказал: звони, если что. Ну, вот и я звоню… Ты там один или с друзьями?

– Что, в гости пригласить хочешь? – с кривой усмешкой спросил Чапик.

Не того сорта Люба, чтобы водку с ней пить. И подружки у нее вряд ли другого замеса.

– Угадал! – кокетливо засмеялась женщина.

– Мы сейчас в делах, – нарочно во весь рот зевнул Чапик. – Вставать рано….

– А чего на измену сел? Не нравлюсь? Так и скажи, что не нравлюсь… Может, Танька тебе понравится… Тань, тут с тобой познакомиться хотят!

Судя по звукам, Люба приблизила трубку к столу, но ее, похоже, никто не торопился брать.

– Пусть приезжает и знакомится! – издалека отозвался девичий голос. – И вина мозельского пусть привезет, а то меня от этой бормотухи мутит!

– Тань, а козельского вина не хочешь? – засмеялась невидимая женщина.

– Козельское сама пей!

– Танька у нас такая, – сказала в трубку Люба.