— Трусит или это сбежавший преступник?»

Доминик не раз пытался поймать его взгляд, но солдат всегда отводил глаза, принимаясь либо поправлять подпругу, либо смахивать грязь с сапог. Доминику никак не удавалось разглядеть его лицо, ему видна была только часть щеки, нежной, почти детской.

«Сидеть бы ему дома, а не искать погибели на войне, — пронеслось у Доминика в голове. — Про этого солдата говорили, будто у него трое детей. Трудно поверить. Какая женщина могла выйти за такого сосунка?»

Солнце палило немилосердно. Буковый лес сменился ельником и пустынными болотами.

Кое-где проглядывали скалы, зияли глубокие расселины. Над болотами кричала черная гагара.

Доминик разрешил разбить лагерь — надо было поесть. Лошадей спрятали в чаще и расположились на склоне холма.

— Провианта у нас маловато, — тоскливо заметил Йенс.

— Не беда, полпути уже позади, — утешил его Доминик. — Видишь, как лес изменился? Скоро мы ступим на землю Смоланда — Сконе останется позади.

— Скоро мы ступим на землю вольных стрелков, — буркнул всезнайка Кристоффер.

— Боюсь, что так, — согласился Доминик. — До сих пор нам сопутствовала удача. Дай Бог, чтобы нас и дальше не обнаружили. А уж если стрелки нападут на наш след, мы нигде не сможем чувствовать себя в безопасности.

— Т-с-с! — шепнул Фольке, в глазах у него мелькнул ужас, он схватил за руку Йенса. — Глядите!

По другую сторону болота шли двое, один вел под уздцы лошадь. По-видимому, они не заметили отряд, хотя обнаружить его ничего не стоило.

— В кусты! — шепотом приказал Доминик.

С заячьим проворством все перемахнули через пригорок и залегли в ложбине за кустами.

Доминик надеялся, что незнакомцы не заметят их лошадей.

Солдаты едва осмеливались дышать. Шаги проходящих звучали совсем близко.

Доминик лежал в неудобной позе. Он приподнял голову. Чуть пониже себя он заметил заголившееся бедро одного из солдат. Драгунский мундир задрался наверх, и в боковой разрез штанов проглядывала нежная розовая кожа. Такой кожи не могло быть даже у самого юного королевского драгуна. Мало того, Доминик разглядел на бедре у солдата два родимых пятна.

Доминик нахмурился. Все лежали, стараясь слиться с землей, а он вдруг забыл об опасности.

У кого он видел такие же родимые пятна? Это было уже давно…

Он едва удержался от восклицания, когда правда вдруг дошла до него.

Не может быть! Как Виллему оказалась здесь, рядом с ним, в этом опасном лесу?

В том, что это была она, он уже не сомневался. Пойти на такое безрассудство — это на нее похоже!

«Господи, что же мне теперь делать?» — думал в отчаянии Доминик.