Так что им незачем приходить к нам.

Эдвин приблизился к Лидии и обнял ее.

— Тебя, наверное, пугает процедура полицейского дознания?

Ощущение одиночества и утраты охватили Аликс. Участие Эдвина теперь адресовано одной лишь Лидии, а не ей, Аликс, и не другим членам семьи.

Лидия покачала головой:

— Не бойся, никакой офицер из Скотленд-Ярда не подвергнет тебя отвратительному, бесчеловечному допросу — ни в этом доме, ни где бы то ни было.

— А зачем? — удивилась Утрата. — Неужели он подозревает, что Лидия укокошила дядю Джека по причине его скотского отношения к евреям?

— Пожалуйста, замолчи насчет дяди Джека! — резко одернула ее Аликс. — Он, похоже, будет жить вечно!

— Я не помню никаких событий в Рождество, которые могли бы представлять интерес для инспектора, — заявил Эдвин — Предлагаю, чтобы мы лаконично ответили на его вопросы: только «да» и «нет», воздерживаясь от дополнительной информации, и не распространялись о семейных делах.

В комнату вошел Хэл. Он услышал последние слова Эдвина.

— Семейные дела? Надеюсь, я не помешал? Дафна захотела прийти раньше остальных, чтобы морально поддержать сэра Генри, поскольку пронесся слух, что леди Ричардсон нигде не видно. Я прибыл сопровождать Дафну.

— Бабушка заперлась наверху, в своей комнате, — сообщила Аликс. — Вместе с Липп.

— Она очень расстроена?

— Скорее разгневана. Эдвин уверен: она давно знала, что Джек не погиб, а дезертировал.

— Значит, шок вызван разоблачением?

Да, подумал Хэл, обводя взглядом собравшихся, это не назовешь уютным семейным вечером. Он шагнул к дивану, где с несчастным видом сидела Аликс.

— Можно к вам присоединиться?

— Пожалуйста. Отодвиньте газеты. Вы уже прочли все сообщения?

— Да, в «Гриндли-Холле» большой переполох, и повсюду газеты, которым в обычное время не дозволяется пересекать границу, отделяющую поместье от деревни. Мне кажется, Роджер намерен выступить защитником в суде и очистить Джека от всех обвинений. Вероятно, на основании невменяемости.

— А разве могут предъявить ему какие-либо обвинения сейчас, через столько лет? — спросила Урсула.

— В обычной ситуации, думаю, не стали бы, принимая во внимание его награды. Армия скрыла бы обстоятельства дела, подтасовала факты и объявила, что у него не все дома. Но раз он потом двинулся в Германию, а позже спелся с мослеитами… — Хэл не прибавил, что инспектор из Особого отдела, занимающийся делом, намекнул, что Джек замешан в чем-то большем, чем дезертирство и экстремистская деятельность.

— Бабушке придется вернуть его военный крест королю, — сказала Утрата. — Ей это не понравится.

— А я думаю, немцы прилетят за ним на дирижабле и выкрадут, чтобы увезти в фатерлянд, — усмехнулась Урсула. — Когда придут все остальные, дядя Хэл?

— После ленча.