Жанна Луиза не могла даже думать из-за стука в голове, и ей потребовалось время, чтобы вспомнить, как усыпить ребенка. На этот раз ей пришлось ждать дольше, прежде чем она убедилась, что разум Ливи переполнен эндорфинами, чтобы остановить болевые рецепторы от получения боли, затем она, наконец, с облегчением выскользнула из сознания ребенка.

Застонав, Жанна Луиза прижала руки ко лбу, и устало прислонилась щекой к крыше машины. Она услышала, как открылась входная дверь, и подняла голову, чтобы оглядеться, затем быстро проскользнула в мысли девочки, чтобы не дать ей проснуться, когда Пол усадил ее на переднее сиденье и пристегнул.

Это было хорошо, потому что Бумер сразу же решил, что он должен сесть на Ливи. Это бы разбудило бы девочку, если бы Жанна Луиза не вернулась к ее мыслям.

Пол подхватил собаку, а затем и сумку с одеждой. Как только он выпрямился и закрыл дверь, она освободилась от мыслей Ливи, и снова облокотилась на крышу машины.

— Пойдем, — тихо сказал Пол. Он оттолкнул ее с дороги, открыл заднюю дверь и впустил внутрь. Жанна Луиза скользнула на заднее сиденье. Она взяла собаку, когда он передал ее ей, затем пакет с одеждой, и просто откинула голову на спинку сиденья и закрыла глаза.

Пол застегнул ей ремень безопасности. У нее даже не было сил поблагодарить его.

Жанна Луиза смутно сознавала, что он тихо закрывает дверь. Очевидно, он усвоил урок, услышав, как хлопнула первая дверь. Потом она услышала, как открылась передняя водительская дверь, и завелся двигатель. Она просто прижала собаку и сумку к животу и осталась на месте, когда он включил передачу и вывел их с парковки.

Жанна Луиза никогда в жизни не чувствовала себя такой измученной и истощенной.

Ее голова все еще пульсировала, ранняя тупая боль была приятным воспоминанием, и без крови, она знала, что это не улучшится. Она просто откинулась на спинку сиденья, пытаясь сдержать рвоту от боли, пока он вел машину.

Поглощенная этим усилием, Жанна Луиза не могла сказать, как долго он ехал, прежде чем машина снова остановилась. Ей было все равно, и она осталась на месте, когда Пол вышел из машины. Когда дверь рядом с ней снова открылась, она не отреагировала, пока не почувствовала, что Пол роется в пакете у нее на коленях. Заставив себя открыть глаза, она чуть приподняла голову, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он достает из него поводок.

Затем он переложил сумку с ее колен на сиденье, прежде чем привязать поводок к ошейнику Бумера.

— Ты можешь идти? — спросил он приглушенным шепотом.

Жанна Луиза поморщилась, но кивнула.

Пол поднял Бумера с ее колен. Держа его под мышкой, он отстегнул ремень безопасности, а затем предложил Жанне Луизе руку, чтобы выйти.

Она нахмурилась, все еще злясь, что он разбудил Ливи, и заставил ее и дочь пройти через эту агонию.