Края оплавленной дыры зашли даже на стены – но, что удивительно, ответных выстрелов не последовало ни сразу, ни когда развеялся дым.

Помещение меньше всего напоминало комцентр. А больше всего – нижнюю камеру мусоросжигателя.

Пираты растерянно заозирались, но взгляду даже не за что было зацепиться: голые закопченные стены и пол. Только в центре стоял маленький портативный голопроектор. Стоило Балферу перешагнуть порог, как включилась прямая трансляция и перед захватчиками возникло изображение сидящего за пультом Роджера (переговоры доверили ему, чтобы не тратить времени на объяснения, кто такой Станислав и какое отношение он имеет к базе).

– Рад снова тебя видеть, Балфер,– приветливо сказал Сакаи.– Не хочешь еще раз со мной побеседовать?

– Что тебе, косоглазый?! – с досадой взревел адмирал, сообразив, что его провели. База действительно оказалась мобильной, и ее предыдущий план уже можно было выкинуть.

– Предлагаю обменяться пленниками.– Роджер дождался, когда изумление Балфера достигнет пика, за которым пойдет ругань, и эффектно поставил перед камерой банку. В медотсеке как раз нашлась подходящая – правда, ради змеелюдской головы оттуда пришлось вытряхнуть чью-то печень.

Но Сакаи церемонно попросил у нее прощения.

Пиратский адмирал так и замер с возмущенно приоткрытым ртом, вместе с командой напоминая скульптурную композицию «Мальчики в церковном хоре».

– А теперь серьезно,– продолжил Роджер, когда все всласть налюбовались трофеем киборга.– Сдавайся, Балфер.

Наглость бывшего копа так поразила пирата, что он сначала побагровел, а потом выдохнул, как дракон пламя:

– Сдаваться, МНЕ?! Когда я уже захватил почти всю базу?!

– Не «почти всю», а всего лишь пару этажей,– поправил Сакаи.

– Причем большую часть твоих людей мы уже взяли в плен либо перебили. Еще полчаса таких «успехов», и ты останешься адмиралом только над самим собой.

– Через полчаса, нет, двадцать минут я доберусь до твоей брехливой глотки! – запальчиво пообещал Балфер.– И забью в нее твой поганый язык – вначале отрезав и поджарив его! А потом…

Судя по пятиминутному монологу пирата, чтобы осуществить все задуманное, ему понадобилось бы как минимум три Роджера.

– Этот пустой треп – все, на что ты способен? – Сакаи являл собой образец азиатской невозмутимости.

Судя по лицам подручных Балфера, на них это производило куда большее впечатление, чем истерика командира.– Странно, что Скуртул и прочие до сих пор не отправили тебя в шлюз без скафандра.

– А где Скуртул? – спохватился Балфер. При всем своем деспотизме адмирал привык к помощнику, как привыкают к разношенной обуви или тупому, но удобно ложащемуся в руку складному ножу.– Куда вы его дели?

– Съели,– брякнул Роджер, понимая, что мирные переговоры не удались.