– Жду тебя с распростертыми объятиями, хе-хе-хе!

Бой начался с обмена кулачными ударами. Череп сумел дотянуться до Винни хуком справа, но тут же получил встречный удар в корпус и, выдохнув: «Ой-ей…», отлетел назад, на уже знакомую стену. С полок посыпались банки с чем-то коричневым и липким, напрочь залепившим левую обзорную камеру. Винни с победным воплем кинулся закреплять успех, но поскользнулся и уехал под разделочный стол, попытался вскочить, опрокинул его и что-то еще и снова рухнул.

Кое-как поднявшись, враги опять двинулись навстречу друг другу.

Точнее, заскользили – медленно, с опаской, выжидая, кто первый решится атаковать.

– Ну чего же ты не подходишь? Боишься? – попытался раззадорить противника Череп.– Что, носик разбили, сразу к мамочке захотелось?

Бывший сержант не отвечал, и абордажник перешел на ругательства, смачно описывая интимную близость Винни с представителями наиболее мерзких инопланетных рас. Провокация опять не удалась, и тогда Череп сменил стратегию: поднял какой-то обломок и запустил им в противника. Это сработало, Винни с возмущенным ревом: «Твою ж мать, и этот кидаться!» – бросился на врага.

Тот попытался провести контрприем, но в итоге оба выполнили по лихому пируэту на масле и единой кучей рухнули под стеной. Секундой позже на них хряснулась последняя уцелевшая (уже нет!) полка, на которой стояло несколько огромных жестяных кастрюль и мешок с мукой. Пшеница, из которой ее смололи, оказалась настолько геномодифицированной, что ее не взяли ни жук, ни время. Мешок, напротив, был сделан из экологического пластика и от удара о спину Черепа лопнул сразу в нескольких местах.

Мука кипенным грибом взметнулась до потолка и расписала его абстрактными узорами, повторяющими масляные пятна. По мере того как она оседала, обстановка кухни все больше напоминала ядерную зиму: повсюду обломки цивилизации и хлопья снега, а в нем борются за последнюю батарейку поработившие мир роботы.

Битва шла примерно на равных, пока Черепу не удалось метким пинком заклинить коленный сустав вражеского скафандра. Сильно потеряв в подвижности, Винни схватился за соломинку, то есть ручку сковородки.

Серия ударов по шлему в стиле «разгневанная жена» слегка поубавила Черепу боевого пыла.

– Слышь, мужик,– выдохнул он, чувствуя себя колоколом,– может, разойдемся, пока целые?

– Еще чего! – Винни от души хряснул его прямо по лицевому щитку.

Скафандр выдержал, сковородка – нет, но пират рефлекторно отшатнулся, пропустил кулачный удар в грудь и отлетел на пару метров.

Из очередной груды обломков медленно поднялась жуткая белая фигура.

– У-у-убью! – провыла она, слепо шаря руками.