Наверное, ей дорогого стоило прийти к нему, чтобы спасти свой тонущий корабль-дом. Возможно, КотоФей был ее последней надеждой. А оказался «недобитым буржуем». «Своя крыша» — не благотворительная организация. И люди здесь работают не задарма. Им нужно кормить свои семьи. И Влад прав. И не такая уж у него «ряха»… «Пивинг» в сочетании с «диванингом» уже оставили отпечаток на физиономии. Но до «ряхи» ему еще далеко. Нет, бабулька не права. Точно не права. Совершенно точно не права.

Теперь, помимо левого полупопия, у Влада зазудело где-то за грудиной. Может, всё же совесть? Хотя откуда у него взяться совести? Лишний это орган.

Атавизм советского прошлого, которое Дягиль уже и не застал. Глупости это. Работать нужно. От его работы зависит, сколько человек завтра получат зарплату, успокоил он себя. А бабулькин век дом простоит. В «довоенные» времена строили на века. На то самое, которое теперь атавизм.

На полдня Владу «аффирмаций» хватило. Но совесть упорно шевелилась в районе солнечного сплетения, обустраивая там гнездо и вызывая чувство беспокойства. И всё же КотоФей, переодевшись после работы и «переобувшись» на Харлей, поехал к дому Киры разыграть свой последний козырь.

Постоял под окнами. Развернулся. Погонял по пустеющим улицам. Приехал обратно. Поднялся на этаж. Позвонил в дверь. Постоял у квартиры. Спустился. Стал ждать, вертя в руках шлем. Просто удивительно, как эта «сладкая парочка» его не заметила. Он припарковался не у подъезда, и всё же в зоне видимости. Но они просто не замечали никого вокруг, как тетерева на току, и курлыкали, как голубки. Влад не слышал, но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться. Чтобы догадаться, какие они идиоты: и он, и Мишель, и Гена. Они-то видели проблему в том, что Кот влюбился в Мышку. Нет, проблема была в том, что он влюбил Мышку в себя. Какой простой и изящный ход, выбивающий шаткую табуреточку из-под ног соперников.

Влад дал девушке пять минут — после прогулки актуально. Вновь поднялся по лестнице и позвонил в дверь.

Мышка не успела переодеться. И она не была рада его видеть.

— Добрый вечер, Владислав Петрович, — произнесла Кира, перегородив вход в квартиру.

— У меня есть разговор, — спокойно произнес Влад.

Спокойно.

Да он просто молодец просто! Учитывая, как его трясло внутри.

— Если вы с предложением командировки, сверхурочной работы или еще чего-нибудь в том же духе, то меня не интересует, — четко произнесла она, будто Дягиль был иеговистом или коммивояжером.

— То, о чем я хочу рассказать, касается и командировки, и сверхурочной работы, и выставки и еще много чего… И главное, Кира — это тебя интересует.

Новикова сидела на кресле, сжимая двумя руками крокодила, — подарок от класса на день рождения, — и не могла поверить.