Так вот, Феликс Эдмундович, я могу выйти на Кирьяна и сказать, что один я с банком не справлюсь, поэтому прошу его помощи.

— А знаете, товарищ Сарычев, в этом что-то есть, — согласился председатель ВЧК. Если дело действительно интересное и прибыльное, то бандиты могут клюнуть. Но надо еще раз все продумать, чтобы свести риск к минимуму. Как я понимаю, все главари в основном крутятся вокруг Хитровки?

— Да, Феликс Эдмундович.

— Тогда нужно будет еще до начала операции внедрить в среду бродяг и нищих наших людей В случае опасности они должны поддержать вас. Но о предстоящей операции должен знать только самый узкий круг лиц Мы же со своей стороны сделаем все возможное, чтобы на время операции перекрыть все вокзалы.

Чтобы в Москву из Петрограда не сумел проникнуть ни один жиган. Усилим патрули, будем проводить тщательную проверку документов, устраивать облавы. Скорее всего бандиты предпочтут залечь на дно. Как вы думаете?

— Мне кажется, Феликс Эдмундович, что это очень эффективные меры. Жиганы народ осторожный и просто так рисковать не любят.

— Вы не догадываетесь, зачем я хотел вас увидеть? — улыбнулся Дзержинский.

— Нет, Феликс Эдмундович, — несколько растерянно произнес Сарычев.

— Ну, уж вовсе не для того, чтобы поиграть с вами в карты… Готовьтесь к новому назначению. Мы переводим вас в Москву. Вы будете возглавлять уголовный розыск столицы. Сразу предупреждаю, работы будет много, преступность растет… Спрашивать с вас за результаты проделанной работы мы будем строго. — Дзержинский развел руками: — Ничего не поделаешь, время сейчас нелегкое. — И, выдвинув ящик стола, небрежным движением швырнул в него колоду карт. — А депешу о вашем назначении я вышлю в ближайшее время.

Игнат Сарычев с интересом разглядывал сидевшего перед ним молодого жигана. Внешне тот выглядел совершенно непримечательно, вот разве что руки выдавали в нем некоторые таланты. Пальцы были необыкновенной длины, едва ли не в полтора раза превышающие ширину ладони. Во время разговора Васька Кот без конца разминал их: то растягивал, то сцеплял в замок и выделывал кистями такие фигуры, глядя на которые у всякого нормального человека появилась бы на лице гримаса боли. Но Ваське Коту все эти выкрутасы удавались с необычайной легкостью.

Он даже улыбался, как будто получал наслаждение.

— Давно ты в жиганах ходишь? — неожиданно поинтересовался Сарычев, не отрывая взгляда от ладоней Кота.

— Да уж года два, — не без гордости отвечал Васька. — Сам Володька Соленый принимал.

— Только Володьку Соленого уже год как к стенке поставили, — уточнил Игнат Сарычев.

— Зря вы его, — высказал свое мнение молодой жиган, нещадно выворачивая большой палец. — Он жиган был с пониманием и просто так никого не обижал.