Теперь твой выход, Юрок, – бенефис начинается!» Вот я и начал свой бенефис, заявив:

– Ну что, господа, теперь к делу! Капитан, я жду, что ваш батальон покажет, на что он способен. В течение часа-полутора первые колонны начнут отход из города. Прикрывать их марш будут мои бронетранспортёры. Для этого, капитан, вы на карте города укажете точки, огонь из которых будет сдерживать русских, на то время, которое вам понадобится добраться до моста через реку Буг. Перед мостом вас встретит бронетранспортёр с моими людьми. Вы к нему не приближайтесь у гауптшарфюрера Мольтке приказ – никого из города не допускать к «ханомагу» ближе чем на двести метров.

Я же не знал, какая обстановка в городе и что здесь держит оборону против русских целый батальон. Боевой дозор рассчитан на то, чтобы не допустить к мосту неорганизованные группы, в ряды которых могли проникнуть русские диверсанты, способные взорвать этот стратегический объект. А мои подчинённые люди дисциплинированные и буквально понимают приказы. Приказано – вышедших из Острув-Мазовецка тормозить для дальнейшей проверки на подходе к мосту, вот Мольтке и будет всех, невзирая на лица и звания, останавливать. Так что, капитан, метров за двести от стоящего на дороге «ханомага» делайте батальону привал и ждите моего приезда.

Капитан несколько растерянно спросил:

– А когда же мы будем оборудовать опорный пункт перед мостом? Ведь там нет предмостных укреплений, нет ни окопов, ни блиндажей!

– Да не волнуйтесь вы так, капитан! Во-первых, я долго в городе находиться не буду. Проконтролирую, как обустроились мои люди, и двину следом, а во-вторых, для прикрытия вашей задницы выделю батальону на время марша штурмовое орудие.

Оно будет двигаться позади и в случае преследования вас русскими мобильными группами сможет их остановить и дать возможность батальону спокойно добраться до места.

На этом все обсуждения закончились, и капитан начал действовать. Так как он зашёл в штаб, я не мог контролировать его распоряжения, но явно происходила деятельность по подготовке штаба к эвакуации – солдаты начали выносить коробки с бумагами. Часть из них оставляли у проезжей части, а в основном несли к костровищу, устроенному в центре площади перед ратушей, возле какого-то памятника польскому деятелю.

Дальнейшего процесса сбора немецкого штаба я не увидел, так как занялся расстановкой бронетранспортёров по периметру немецкой обороны. Они, по достигнутой с командованием батальона договорённости, должны были обеспечить бескровный отход и располагаться в согласованных с немецким штабом местах. Йордан пытался навязать мне своего представителя, чтобы тот указал места, где нужно разместить бронетранспортёры.