И еще у меня сегодня свидание с пациентом… Интересно, Барсов нарядится? Побреется и примет душ? Дурацкие мысли почему-то заставляют улыбнуться. Я переодеваюсь в уличную одежду, тщательно умываюсь. Чищу зубы, припудриваюсь, трогаю губы прозрачным блеском… Веду себя, как распутница – такая же, как «Викуша»… Бросаю взгляд на стрелки часов и, наконец, выхожу из опустевшего кабинета. Бегу по коридору, как преступница – втянув плечи, сажусь в лифт и еду на последний этаж. Взбираюсь на крышу по узкой железной лестнице, издали замечая Марка.

– Вы пунктуальны, Софья Васильевна, – улыбается он.

Черт, хотела ведь немного опоздать…

– Такая работа. Чувствую время и… все тут… – подхожу ближе, к импровизированному столику, сооружённому из старой табуретки. На нем бутылку сока, пластиковые стаканчики и коробка с пирожными: корзинки с фруктами, эклеры, «Анна Павлова». Глаза разбегаются!

– Не знал, какие вы любите. Заказал на свой вкус. – Барсов подходит ближе. Все-таки, нарядился… И пахнет от него чистотой и свежестью. Разве что щетина на лице прежняя, но я все понимаю: в больнице не до бритья…

– Вы хотели поговорить? – отшатываюсь я от него, как от чумного.

– Софья, для начала я хотел объяснить поведение моей жены."

"– Вы думаете, мне это…

– Вам когда-нибудь изменяли? – неожиданно спрашивает Марк.

– Думала, что никогда. А так вышло, что всегда. – Отвечаю хрипло, взирая на проезжающие по проспекту машины. Они кажутся маленькими, почти игрушечными. Почему признаваться в этом так легко? Именно ему? Спроси меня Марина или Толик, я ни за что бы не выдала грязной тайны. Оставила ее в прошлом, как и память о муже.

– Лена мне изменила. Детектив Мирон Альбертович обнаружил веские доказательства, поэтому… В общем, она пришла просить прощение, но ее концерт не сработал. Как только я выпишусь, сразу займусь разводом.

Марк напрягается. Его плечи сникают, взгляд устремляется за горизонт. Кажется, что его мышцы звенят от напряжения. Меня захлестывает желание поддержать его. Чувства такие сильные и… новые, что я задыхаюсь.

– Марк… Я вам сочувствую, – произношу хрипло, касаясь его локтя.

Барсов глубоко вздыхает и притягивает меня к груди. Зарывается носом в волосы и сжимает мои плечи. Его сердце гулко стучит. Ощущаю это даже через одежду. Я замираю на месте, позволяя ему стоять так близко… Согревать горячим дыханием виски, касаться плеч. Ничего большего… Небо, крыша, ветер… Просто мы.

Глава 12

Барсов.

– Барсов, я вам разве разрешала так активно шевелить руками? – голос Софьи вторгается в блаженную тишину. Я так и стою, обнимая ее плечи… Вдыхаю аромат женских волос, удивляясь своей вольности. Я воспитан немного старомодно и привык ухаживать за женщиной, прежде чем… В общем, вы поняли.