Ну, ведь не бывает так красиво!

— Милый, милый дом! Ты такой красивый. Я буду любить тебя, холить и лелеять. — Я проводила ладошками по стенам, перилам, мебели. И вдруг снова ощутила приятную упругую волну, которая на миг укрыла меня и исчезла, оставив после себя чувство удовлетворения, гордости, счастья и благодарности? Ну и ну. Кому-то, похоже, не хватало заботы. И это точно не я, и не Кеша.

Как же мне хочется сюда привезти маму и папу.

Увидят ли они все это?

Моя чуйка мне подсказывает, что ответы нужно искать на чердаке и в книгах на непонятном языке.

Но сначала, что полагается за хорошую работу? Правильно! Хорошо покушать. Нужно поехать в село и накупить нормальных продуктов и закатить пир горой себе и котику!

— Кеша охраняй дом, гоняй мышей, — хотя я еще ни одной не увидела — домик никого не впускать! Я отправляюсь добывать нам всем провиант!

И довольная пошла вниз и услышала в голове легкий как перышко смех?

Вышла я из дома и снова приуныла. Надо что-то срочно делать со всем этим безобразием в виде травы, крапивы, полыни, и еще всякой агрессивной растительности, которая атаковала всю территорию. Пока еще тепло и нет дождей, надо это все вырвать, ножницы хоть садовые что-ли купить для начала?

Вздохнув, щелкнув замком сигнализации от своего яркого апельсинового цвета Opel Record 1979 года, загрузившись в авто и врубив любимый рок, я поехала добывать еду!

Нашла в поселке рынок и, накупила там продуктов аж на пять огромных пакетов. Поговорила с местными жителями о погоде, урожае, безработице и своем доме, окончательно убедилась, что мой дом для всех выглядит ужасающим и непригодным для жилья. И что может быть, его и снесли, но вот кто туда не приезжает, так страх и ужас накатывает и хочется оттуда бежать и никогда не возвращаться. А родственницу мою некоторые жители помнят, и говорят, что очень странной та была, редко выходила из дома, иногда гости от нее подозрительные уходили. И говорят, что была она не то колдуньей, не то ведьмой, не то демоном и еще кем только ее не назвали. Я только головой качала и говорила, что мне там хорошо живется. Торговки и покупательницы только крестились на это и побыстрее старались от меня отделаться. Ну и ладно!

Заехав в еще несколько хозяйственных и строительных магазинов, я покатила обратно домой, воплощать мечты своего оголодавшего по нормальной еде живота.

Взяв в руки пару пакетов, бодрой походкой, насвистывая мелодию, топала к дому.

Войдя в гостиную, споткнулась о собственные ноги и выронила из рук пакеты, а вместе с ними и челюсть. И, кажется, забыла, как дышать. И было от чего.

На моем диване сидели, вернее, сидело или все же сидели два маленьких человечка, ростом, мне до колен, может ниже, мужчина и женщина, уже в возрасте.