— Мама давно уже сосватала меня Грише…

— Ты только глянь на него, — Дашка кивнула в сторону бармена. — Представь его в постели.

— Хорошо, — вздохнула я и закрыла глаза, представляя, как он ложится на мою кровать, снимает с меня белье, целует шею, плечи, грудь. Его сильные руки подхватываю меня и усаживают верхом… О боже! Я распахнула глаза. Что это со мной?

— Клюква, ты возбудилась!

— Да! — засмеялась Дашка. — Ты уронила голову на плечо и раскрыла губы!

— Отвали! — буркнула я и отпила из стакана сок.

— Так, а теперь представь Гришаню, — не унималась подруга.

— Не, ну просто представь, — настаивала Даха.

Я снова закрыла глаза и представила уже Гришу рядом с собой на расправленной кровати. Худощавое тело ложится на меня, тонкие, как нити, губы целуют шею, плечи… Я поежилась и открыла глаза.

— Ну что? Испытала небывалый оргазм?

— Во-во, именно это тебя будет ждать каждый вечер, когда вы будете ложиться с ним в постель. Можешь уже сейчас создать новый плейлист и накидать туда грустных песен. Будешь слушать вечерами, рыдать и вспоминать мои слова.

— Дах, но ведь внешность не главное!

— Вот и повторяй это себе каждый божий день, когда выйдешь за него замуж! И вообще, я не только о внешности, ты сама знаешь его проблему.

Я показала ей колечко.

— И сразу надел его на безымянный?

— Я бы на твоем месте не давала ему никаких обещаний и переместила это кольцо на… — Дашка показала средний палец. — Да-да, именно так! — засмеялась подруга. — Лер, ты давно мечтаешь свалить от мамы, верно?

— Подумай сама: с Гришей ты будешь жить, как с мамой. Он пасет тебя, как пастух баранов — ни шагу в сторону! Тебе это надо? Как только в твоем паспорте появится штамп, считай, что подписала себе приговор на жизнь в персональном аду. Ваша лавстори будет короткой, как жизнь комара.

Я промолчала. Не видела смысла снова крутить пластинку, что у меня нет другого выбора. Мама уже припугнула, что оставит без гроша за душой, если я сойдусь с кем-то другим. Но это не так важно, выкручусь, да и с Гришкой не пропаду. У него и голова хорошо варит, и наследство о-го-го. Как-никак его отец — владелец крупной строительной фирмы, а мама — хозяйка сети ювелирных отделов.

— Привет, Лер! — услышала я из-за барной стойки, обернулась, и встретилась глазами с барменом.

— О, привет! Захар, кажется?

— Смотри-ка, помнишь, — улыбнулся парень. — Вам что-нибудь налить?

— Два мартини, — подплыла к нам Поля. — И сок для именинницы! — Она кивнула на меня.

— О, у тебя сегодня праздник? — спросил Захар. Я кивнула. — Тогда для именинницы мартини за счет заведения!

Я даже не успела крикнуть, что не пью, как парень закинул голову, расположил у себя на лбу бокал с мартини и наполнил его, затем то же самое проделал дважды.