«Пространство блокировано негаторами неизвестной природы, – прозвучало в его голове, – применение магии и процессов метаморфоза невозможно. Применена система защиты носителя от физических воздействий. Нарушено кровообращение в важных частях тела, включается система регенерации. Рекомендации: перевод организма в короткий анабиоз для восстановления всех функций организма».

Алеш мысленно приказал нейросети повременить.

– У тебя в сумке, – продолжила Генриетта, – мы нашли свиток заключения и медальон проклятия. Зачем они тебе? Где ты их взял?

– Свиток был нужен, чтобы отправить тебя, госпожа Генриетта, в ту самую тюрьму и совершить месть. А медальон – чтобы у жениха Исидоры больше не кукарекал его петушок. – Он тихо рассмеялся.

Генриетта рассмеялась вместе с ним.

– Забавно, – произнесла она, – ее жених уже сгнил в подземелье, а я сменила множество любовников, и теперь остановилась на нем. – Она приобняла карлика. – Это так увлекательно… Но все же, где ты достал свиток и медальон? У тебя они были с собой?

– Нет, я их купил в башне магов.

– И тебе вот так просто все это продали? – недоверчиво спросила Генриетта.

– Нет, я шел долгим путем: сидел и ждал в таверне, увидел, как ученик мага продавал амулеты, заплатил ему, и он дал наводку. Дальше я прошел по цепочке и попал к тому, кто все это продавал.

– Какой молодец! – уважительно поцокала языком девушка. – Вы так забавны! Я оставлю вас до утра, а утром, мой дорогой, придумаю для тебя занятие. Ты сделаешь все, что я прикажу, с моей сестрой.

– Хочешь, чтобы я ее изнасиловал? – спросил Прокс, и Генриетта рассмеялась еще громче.

– Ты? – спросила она. – Ну, уморил! – Затем стала серьезной. – Насиловать ее больше не надо, она это уже проходила, мне надо стать более искусной в области мук. Я хочу сравниться с Мануваром. Марчек, пои этого, но мою сестру не трогай, я утром приду. Понял, остолоп?

– Все исполню, госпожа, – раболепно промычал палач и низко поклонился.

Генриетта ушла, очень довольная собой, это видел Прокс. И когда она вышла, он посмотрел на возмущенную Исидору.

– Алеш, ты негодяй, – тихо, но с неприкрытой яростью начала говорить она. – Я твоя жена, а ты со мной так поступаешь. Думаешь, что тем самым сохранишь свою гаденькую жизнь?

– Ты мне не жена, – ответил Прокс.

– Как это не жена? – возмутилась девушка. – Я плоть от плоти вся твоя…

– Если так, то помолчи, тебя вон Марчек слушает.

– Почему я должна молчать?..

– Заткнись! – приказал Алеш и, посмотрев на палача, спросил: – Ты можешь завязать ей рот?

Палач радостно растянул губы в широкой довольной улыбке и отрицательно покачал головой.

– Не могу, красавчик, госпожа запретила. Пить хочешь?

– Хочу, – ответил Прокс.