Не спал не только Кирсан ола, но и генеральный штаб корпуса вторжения. Ли Вар Кар слушал доклад адъютанта Кирсана. Все были мрачны и подавлены.

– Я вошел к нему, чтобы подать бодрящий взвар. Его сиятельство спросил, кто умер сегодня. Я ответил, что все живы. Он спросил, почему я жив, когда все остальные убиты, и бросился на меня, стал бить, и я потерял сознание. А когда очнулся, он уже спал. Я выбежал и прибежал с докладом к дежурному.

Командующий постучал пальцами по карте, разложенной на столе.

– Все ясно. Противник использовал призванное существо, чтобы остановить наше наступление. Он правильно рассчитал, что если нейтрализовать Кирсан олу, наступление остановится. Мы теряем время, господа. Какие будут предложения?

– Надо втайне от его сиятельства передислоцировать основные силы к Западному перевалу и готовить его захват, оставив здесь лишь видимость наших сил, – предложил лер Транк вон, командир конных рейнджеров Леса. – Нужно попросить великого князя отозвать брата, иначе мы потерпим поражение.

– Согласен, – кивнул командующий. – Есть еще у кого-нибудь предложения?

– Надо назначить нового адъютанта его сиятельству из руководства тайной стражи, кому он доверяет. Его племянник, сын сестры Кирсан олы, станет его новым адъютантом. Старого отправим в войска в отдаленный гарнизон, – предложил начальник службы снабжения лер Саржи нур, второй заместитель корпуса рейнджеров.

– С этим я тоже согласен. Кирсану скажем, что казнили мерзавца. Пусть он сейчас же отправляется под конвоем. Агенты Кирсана это заметят и доложат ему. Разговор с его сиятельством беру на себя. Подготовлю новое письмо великому князю. Леры, надеюсь, вы понимаете, что этот разговор должен остаться в тайне? – Ли Вар Кар в упор посмотрел на молодого офицера из знатной семьи. Убивать такого было бы опасно, а вот спрятать подальше от глаз помешанного на страхе Кирсан олы – достойным выходом из щекотливого положения.

Лер Манру-ил, получив весть о побеге главы Высшего совета, лера Чарта-ила, метался по комнате, как раненый зверь. Его глаза горели гневом, а кулаки сжимались в бессильной ярости. Он проклинал судьбу, которая снова бросила его в водоворот интриг и предательств и украла самое ценное у него.

Его не волновал побег принцессы. Старшие Дома уже отвернулись от нее, осознав ее слабость и неспособность вести за собой народ. Она совершила непоправимую ошибку, доверившись леру Манру-илу, и теперь была отвергнута даже теми, кто раньше был в его оппозиции. Ее слабость показала всем, что она недостойна трона великого князя. Трона достоин только тот, кто может показать силу и заставить себе служить. Тора не была такой. В глазах глав Старших Домов она выглядела просительницей, а не властительницей.