— Но так у неё не останется выбора, отец заставит. Да и лорд же был под зельем, он же может отказаться, получается?

— Нет. Алия же написала, что их души связаны, и дети будут сильными с выраженной магией и дарами. Как и у нас с тобой.

Рейн подмигнул мне, а я залилась краской. Да, я видела его душу, открытую для меня и беззащитную в своей честности. И точно знала, что он любит. Он же знал и чувствовал тогда мою любовь, спасибо духам за эту возможность. Но слышать сейчас его слова и представлять себе нас вместе, было так волнительно.

Рейн меж тем продолжал:

— И правильно. Твоя сестра знала, на что идёт, когда решила обмануть всех. Такая наивность думать, что можно обмануть правящий род Ганноверов. Если бы король разбирался с проделкой твоей сестры, она могла бы поплатиться жизнью.

И как я сама не подумала о таких последствиях? Обмерла, понимая, к чему могло всё привести. А как почувствовала надёжные и тёплые объятия, от непривычки растерялась, но, поняв, что меня обнимает любимый, улыбнулась ему, не желая думать о том, чего нашей семье удалось избегнуть. Хотелось отдохнуть и подумать в одиночестве, и Рейн поцеловал на прощание, посоветовав выспаться, так как завтра нас, вполне возможно, ожидают важные изменения.

Я видела и чувствовала, что мой жених сдерживает свои порывы, но по его взглядам понимала, что он хочет прикасаться ко мне чаще, иметь все права на меня и на прикосновения. А я и сама не хотела ждать, понимая, что в нашем королевстве по правилам наши семьи должны были дать время на ухаживания, а разговор о женитьбе у Рейна с моим отцом должен бы случиться не раньше, чем через полгода. Но приказ короля и его разрешение на быстрые помолвки, новые брачные договоры и браки был своего рода разрешением на столь быстрые союзы.

Утром за завтраком я сидела рядом с Рейном. Вчера он всё же уговорил меня переехать в ту часть, где обитали Стретины. Таким образом не только место, где я теперь сидела, но и мой переезд мог сказать внимательным гостям о моём изменившемся статусе.

Рейн был несколько рассеян и бросил пару раз взгляды на отца и маму, сидевших с серьёзными лицами. Сестры не было.

Лорд Дейтон подошёл в конце завтрака, попросив герцога о ещё одном разговоре.

Я была молчалива, чувствуя некое напряжение, хотя Рейн ничего мне так и не рассказал о решении отца и сестры, посоветовав просто дать остальным договориться.

Рейн ответил лорду коротко:

— Я дал возможность лорду Бартону самому договориться в своей семье. Он глава, он отвечает за тех, кто находится у него на попечении. Не забывайте, что стоит на кону, лорд Дейтон.

— Но вы не даёте мне поговорить с любимой. Она запуталась, но она юна, да и воспитание. Согласитесь, это не только её вина.