А на последние слова кивнула подтверждая:

— Конечно, понимаю! А у тебя как с принцем Вильгельмом? Ты чувствуешь то же? А он?

— Да, Лиз, мой огонь горит сильно, он горит для Вильгельма. А его только разгорается.

— Вот видишь. Значит, это судьба, и тебе не стоит сейчас уезжать. Ведь Вильгельм — принц, и выбор у него велик. А за своё счастье нужно бороться.

Сказала, а в это время радость от слов про нас с Рейном затапливала меня. Значит, я не ошиблась, значит, всё было правильно.

А вот Алия меня удивила. Она резко ответила:

— Вот именно, Лиз! Вот именно! Да только не мне за ним бегать, понимаешь? За ним всю жизнь бегали, а он выбирал из всех, словно северный варвар. Я видела его искру, она только разгорается, Лиз, этого недостаточно. Он не слышит свою душу, не чувствует так, как я. А моих сил на двоих не хватит, Лиз. И, кстати, ничего у Вильгельма с твоей сестрой не было. Я видела в ней новую жизнь и душу, которая уже любит свою маму. Лидия совершила ужасное, а ведь её избранник ей очень подходит. А она замахнулась на того, кого даже не любит. Я всё написала брату в том письме, обязательно отдай ему его в руки, это очень важно, Лиз.

Я кивнула нахмурившись. Ох, зачем же Лидия такое сотворила? И как моя сестра могла вообще устроить то, о чём рассказала Алия? Она всегда так рьяно следовала всем правилам, так беспокоилась за репутацию семьи. Да, в этом она была несколько скучна, но то, что я услышала, не укладывалось в голове.

Алия подтвердила, пожимая плечами:

— Не переживай, брат всё устроит. Да и Лидия сама запуталась. Она хочет одного, а чувствует иное. Думаю, когда она начнёт чувствовать своё дитя, она поймёт. Не только ей следует понять себя, Лиз. Поэтому я всё же рискну. Я знаю, как исчезнуть, мне нужно поторопиться. Можно было бы перед завтрашним рассветом, но я чувствую, нужно уезжать сейчас. Я уеду так, как собиралась ты. Погода сегодня будет спокойной, я быстрой домчусь. К ночёвке я готова, а утром продолжу путь. К следующему вечеру, думаю, доеду.

Удивление, шок, непонимание, что, собственно, происходит, всё это переплелось у меня внутри. Но я отставила все вопросы и лишние сейчас мысли, понимая, что Алия собирается убегать буквально сейчас.

Я понимала по решительному виду Алии, что она сделает так, как решила. И была не вправе отговаривать её. Я могла только помочь. Сняла с себя оберег, лично сделанный мной перед поездкой сюда, на смотрины, и протянула Алии:

— Возьми, я себе ещё сделаю. Духи будут оберегать тебя в поездке. А если что-то случится, сожми его и попроси помощи. С тебя они, скорее всего, возьмут плату, но она будет честной. Возьми, духи смогут защитить тебя даже от лихих людей.

Когда мы обнялись на прощание, на глаза набежали слёзы.