Мы бы даже сейчас не решились выйти на бой против двух метаморфов, одного бы мы еще как-нибудь уничтожили бы, но двух нет, это я тебе честно говорю.

— Ну, как-то так получилось, — я усмехнулся, — сам от себя не ожидал. Но получилось как получилось, в итоге мы все в прибыли.

— Это да, — Род тоже улыбнулся, — ты даже не представляешь насколько, отрок. Сейчас остальные боги проверят тут всё, я уверен, что тут достаточно секретов.

— Главное, что с одной проблемой получилось разобраться, — я пожал плечами, — хотя нет, даже не с одной, а сразу с двумя. В общем, у меня к вам разговор, кое-что случилось в Африке, вам будет интересно.

Боги вопросительно уставились на меня, и я коротко рассказал о том, что случилось там. По мере того как я рассказывал, лица богов вытягивались от удивления, а когда я закончил, они еще некоторое время молчали, переваривая мои слова.

— Отрок, а ты уверен, что всё правильно расслышал? — осторожно поинтересовался у меня Род, подбирая слова. — Просто всё, что ты рассказал, звучит очень фантастично.

— А это тоже фантастика? — я достал из кармана тот самый черный камень и показал его Роду. — Вот сюда я смог загнать всю энергию Хаоса, что была в средоточии.

И я видел это собственными глазами, видел, как огромный фиолетовый кристалл превратился в пыль, а вся его мощь поместилась в небольшом камне.

Бог аккуратно взял в руки камень и начал его изучать, крутя и так и эдак, он его разве что только не облизывал, и в итоге вернул мне камень.

— Да, мощи внутри много, я бы даже сказал, слишком много, — Род кивнул. — Теперь я верю тебе, отрок. Но в связи с этим у меня к тебе один вопрос: почему сердце мира решило поговорить с тобой?

— Откуда мне знать? — я пожал плечами.

 — Этот вопрос точно не ко мне, а к тому старику. Хотя почему-то мне кажется, что облик он мог принять какой угодно.

Род кивнул и хотел было что-то добавить, но рядом вдруг возникла Макошь.

— Род, Морана, вы должны это увидеть, — богиня была явно в недоумении. — Такого я раньше не встречала, боюсь, никто из вас такого не встречал.

А дальше она повела нас в глубокое подземелье, туда даже пришлось спускаться на лифте, причем довольно долго. Когда мы наконец-то вышли из лифта, я нутром почуял смерть. Эманаций боли тут было столько, что любой эмпат мог бы тут умереть от такого потока.

Тем временем Макошь повела нас в глубь огромного зала, и через несколько минут мы остановились перед стеклянными саркофагами, внутри которых плавали люди, точнее то, что от них осталось.

— Вот, — кивнула она. — Вот про это я и говорила. Род, этот ублюдок тут не просто ставил эксперименты над обычными людьми, он каким-то образом умудрился добраться до их душ и извратил их настолько, что внутри этих колб сейчас кто угодно, но не люди, — богиня шумно выдохнула.