Он даже не прервал зрительный контакт.

— На что они похожи? Это больно?

Вопросы срывались с моих губ без моего согласия.

— Нет, Перси, это не больно.

— Не могу представить, как можно не контролировать своё тело.

— Девочки тоже не контролируют свои месячные.

— Это правда. Я никогда не думала об этом.

— Но ты думала о возбуждающий снах, — он пристально посмотрел на меня.

— Ну, они звучат довольно отвратительно, — солгала я. — Хотя и не так отвратительно, как месячные.

— Месячные не отвратительны. Они являются основой человеческой жизни, и они на самом деле довольно крутые, если подумать об этом, — сказал он, его глаза расширились от искренности. — Они, по сути, являются основой человеческой жизни.

— Значит, у тебя они есть, — подтвердил он.

— Твои дедуктивные способности выдающиеся, Док, — сказала я, ложась на спину и закрывая глаза, чтобы положить конец разговору.

Но через несколько секунд он заговорил снова.

— Они чувствуются по-разному каждый раз.

Я пристально посмотрела на него, но его лицо было освещено солнцем.

— Иногда я чувствую, что это происходит во сне, а иногда я просыпаюсь, а это уже произошло.

Я прикрыла глаза рукой, пытаясь разглядеть его лицо.

— Что тебе снится? — прошептала я.

— А как ты думаешь, Перси?

У меня было общее представление о том, что мальчики считают сексуальным.

— Блондинки с большими сиськами?

— Иногда, полагаю, — сказал он. — Иногда девушки с каштановыми волосами, — тихо добавил он.

То, как он смотрел на меня сверху вниз, заставляло мои внутренности почувствовать себя горячим медом.

— Каким был твой первый поцелуй? — спросила я.

Ответ внезапно показался мне неотложным.

Он молчал несколько долгих секунд, а когда заговорил, это прозвучало как тихий выдох.

— Не знаю. Я ещё ни с кем не целовался.

В школе Дир-Парк ходили слухи, что мисс Джордж была ведьмой. Учительницей английского в девятом классе была пожилая незамужняя женщина, чьи редеющие волосы цвета ржавчины выглядели такими ломкими, что у меня возникало искушение попытаться отломить прядку. Она была одета в ниспадающие слои черного и охряного цветов, которые скрывали ее крошечное тело, в остроносые ботинками на высоком каблуке, которые шнуровались вокруг её тощих икр. И у нее был этот смоляной браслет с мертвым жуком, заключенным внутри, который, как она заверила нас, был настоящим. Она была строгой, жесткой и немного пугающей. Я любила её.

Через четыре недели учебного года мисс Джордж попросила меня остаться после уроков. Как только остальные ученики вышли, она сказала мне, что у меня природный талант к творческому письму, и предложила мне принять участие в конкурсе коротких рассказов, проводимом по всей школе.