— Рискну повториться, — заговорил Дюкло, — но должен вам напомнить, что вы вовсе не обязаны сегодня отвечать на мои вопросы.

— Почему вы заранее не предупредили о своем визите?

— Я звонил утром, но вас не было на месте.

— Обычно перед проведением экспертизы подобного рода документы присылают за несколько дней до назначенной даты.

— Адвокат вашей супруги мэтр Рэн привык действовать, скажем так, очень эффективно. Он настоял на ускорении процедуры.

— Чтобы застать меня врасплох?

Дюкло вместо ответа лишь улыбнулся и извлек из портфеля довольно толстую папку, перетянутую матерчатой лентой.

Пассан скривился. Выходит, этот тип уже некоторое время собирает на него досье. Хотя, скорее, этим занят адвокат Наоко. Интересно, что там, в этой папке? Обстоятельства его профессиональной жизни, вообще-то, не подлежат разглашению.

— А моя жена в курсе? Или это целиком инициатива ее адвоката?

Новая улыбка. Пассану было слишком хорошо знакомо это выражение лица, означавшее: вопросы здесь задаю я. Он и сам напускал его на себя, беседуя со свидетелями и подозреваемыми.

— Вы не возражаете, если наш разговор будет записываться? — Психиатр положил мобильник на середину стола.

Оливье согласно кивнул, продолжая внимательно изучать собеседника. В папке лежало несколько пластиковых файлов, плотно набитых бумагами. На первом из них стояла отметка полицейской префектуры. Следовательно, парнишка получил доступ к архивам конторы. Но каким образом? Благодаря кому?

— Я просмотрел ваш послужной список, — сказал эксперт, перелистывая страницы. — Выглядит внушительно.

— Лесть на меня не действует.

— Справедливо. Вы — герой. Таких больше не делают.

Он никак не реагировал на этот выпад. Эксперт с нарочитой сосредоточенностью перекладывал бумажки, притворяясь, что перечитывает страницы протоколов, рапорты, газетные вырезки. Приемчики психиатра заметно напоминали те, какими пользуются полицейские: усыпить бдительность противника, а потом нанести неожиданный удар.

И удар не замедлил обрушиться на Пассана.

— Чтобы достичь теперешнего положения, вы проделали большой путь.

— Вы что, намекаете на мою бурную молодость?

Дюкло поправил очки и раскрыл второй файл.

Пассан вздрогнул: он увидел документы из своего детского личного дела, очевидно предоставленные социальной службой. Он непроизвольно сжал кулаки под столом. Не смей нервничать!

— Интернаты, приемные семьи, органы опеки… До совершеннолетия у вас хватало неприятностей с силами правопорядка.

— Закон об амнистии.

— В моей области амнистии не бывает. — Дюкло взглянул на него поверх очков.

Он его запугивает. Так поступил бы легавый.