На Гийаре была бесформенная, изношенная армейская куртка, ничуть не похожая на его костюмы «Бриони» или «Зенья».

Пара солнечных вспышек на стеклах проезжавших мимо машин — и Пассан увидел, как Гийар спускается в метро. Сунув руку в салон «субару», он опустил солнцезащитный щиток с надписью «Полиция», вырвал ключ из зажигания. Бегом пересек бульвар Орнано и в свою очередь кинулся в метро. Билетные кассы. Турникеты. Сигналы. Народу в это время дня было немного, но вот Гийара уже не видно. Эта станция — конечная на четвертой линии. Значит, направление могло быть только одно: в сторону «Порт-д’Орлеан».

Пассан купил билет, прошел через турникет, спустился по лестницам. Гийар стоял на платформе, сунув руки в карманы, — воплощенная невинность, такой же, как все. Полицейский затаился в стороне. Его лихорадило от возбуждения, и в то же время он наслаждался царившей в метро прохладой, пропитавшим воздух запахом жженой резины. Прислонившись спиной к стене, он смотрел на обложенный кафельной плиткой свод и воображал груз многих тонн земли у себя над головой.

Послышался грохот подъезжавшего поезда. Гийар вошел в открывшуюся дверь.

Дождавшись гудка, полицейский вскочил в последний вагон. Стоя среди пассажиров, он перевел дух, отгоняя терзавшие его вопросы.

«Симплон». Двери распахнулись. На платформе Гийара не было. Пассан воспользовался этим, чтобы перейти в следующий вагон, поближе к своей цели.

«Маркаде-Пуасонье». Гийара и здесь не видно. Переход в следующий вагон.

«Барбес-Рошешуар». Волна нахлынула, схлынула — в неизменно тоскливом ритме покорных и усталых завсегдатаев метро. Прозвучал сигнал, и тут на платформе мелькнула серая каскетка. Пассан едва успел опустить руку, чтобы не дать дверям закрыться, и в последнюю секунду пулей выскочил наружу.

А может, Гийар специально вышел перед самым отходом поезда? Значит, почуял слежку. Гермафродит уже проталкивался сквозь толпу ко второй линии «Насьон» с пересадкой на «Барбес».

Пассан ускорил шаг. Гийар двигался в потоке пассажиров вдоль кафельной стенки, ссутулившийся и понурый, пряча лицо под козырьком каскетки. На ходу Пассан подумал о том, что ему и раньше случалось замечать во время слежки: сейчас Гийар передвигался подпрыгивающей, неровной походкой ребенка, никак не вяжущейся с его осанкой культуриста.

Он слегка косолапил, не в такт покачивая плечами. Переставлял ноги, прижав руки к бокам.

Лестницы, переходы. Гийар свернул направо и двинулся к поезду в сторону станции «Насьон». Пассан шел за ним, без конца повторяя про себя: «Уже горячо». Под сводом потянуло сквозняком. Он представил себе гигантскую дыхательную систему, у которой легкими были станции метро. Подошел поезд. Его добыча села в предпоследний вагон, он втиснулся в следующий. Гудок.