Вечером того же дня, когда первый раз за всю зиму пошел снег, в кафе зашла посетительница. Дорофей Наумович расправил плечи и пригладил галстук, хотя в глубине души знал, что вряд ли чем-то ей поможет. Девушка выглядела весьма прилично – серебристая шубка до колен, замшевые сапожки и миниатюрная сумочка под мышкой – но в этой простой обстановке она казалась таким же чужеродным элементом, как верзила-незнакомец в плаще или карлик с хамелеонской бородой. Подобные ей обычно просят мятный шоколад, или карамельный кофе, или маленькое пирожное с «чуточкой» крема – все то, чего здесь сроду не бывает.

– Слушаю вас, – любезно произнес смотритель.

Посетительница подошла вплотную к стойке и откинула с лица меховой капюшон, припорошенный снегом. Она оказалась совсем юной, с волосами настоящего пепельного цвета и широко поставленными серыми глазами.

– Я хотела спросить… – застенчиво начала девушка и вдруг замолчала, увидев дуб посреди зала.

«У нас особый дизайн интерьера», – хотел сказать ей Дорофей Наумович. Эту фразу он заготовил заранее, чтобы мягко выводить из шока случайных путников. Но гостья удивилась совсем по-другому. Ее глаза распахнулись, тонкая, почти перламутровая кожа на щеках заалела.

«Какая красота!» – должно было сорваться с ее губ.

– Он был здесь! – вот что прозвучало на самом деле.

– Кто? – спросил Дорофей Наумович, чувствуя себя полным идиотом.

– Дубомир, – ответила девушка и принялась кружить вокруг дерева, оглядывая и ощупывая его. – Он нашел здесь убежище! Древо вырастает тогда, когда ему удается заснуть, а он не спал уже много лет. Да что я вам рассказываю, вы и так все знаете!

Посетительница еще больше покраснела и вместо ответа выпалила:

– Этой ночью. – Смотритель не видел смысла отпираться. – Высокий человек в плаще с волчьей накидкой. Он вообще-то не представился.

– О да. – Гостья глянула на него и извиняюще улыбнулась. – Дубомир не всегда бывает учтив.

– Он попросил ночлег, и я уступил ему свою комнату наверху.

– Вы так добры, – искренне сказала девушка. Она подняла с пола желудь и крепко зажала его в кулачке. – Может быть… может быть, вы знаете, куда он направился потом?

– К сожалению, ваш друг ушел еще до того, как я проснулся.

Дорофей Наумович смущенно забарабанил пальцами по стойке и, наконец, решился спросить:

– А вы не думаете, что надо что-то с этим делать? Все-таки разгуливать по городу в таком виде…

Юная посетительница резко обернулась.

– Вы, наверное, не знаете, – с жаром проговорила она. – Да, сейчас он – изгой, и за ним охотятся, но все изменится. Время настанет. Я это чувствую. Потому что появляются люди, которые видят, что происходит, и не поджимают трусливо хвост. Например, такие, как вы…

– Э, – только и смог выдавить смотритель.