Его волновало состояние Степана. Что уж говорить, но за все годы их дружбы он видел своего приятеля в таком виде впервые. Разумеется, тот и раньше частенько кутил, и в пьяном виде предстал перед ним не впервой, но именно таким безучастным ко всему Стёпа никогда не был.

- В Комсомольске-на-Амуре плюс двадцать, в Петропавловске-Камчатском полдень, - невесело рассмеялся Степан, отвинчивая пробку с бутылки и тут же прикладываясь к её горлышку. - Ну а если серьёзно, что у тебя ко мне за дело? – Он завинтил крышку и прошёл в сторону второго дивана, стоящего напротив Влада, но напиток из рук не выпустил.

- Дело очень простое, - пожал плечами Влад, откидываясь назад и складывая руки на груди. - Пора завязывать с бухлом и отвлечься на работу.

Стёпа хмыкнул, и на его лице расползлась злость, которая совершенно не понравилась Владиславу. Так злятся на весь мир, когда хотят обвинить хоть кого-то в своих неудачах. Холодно и безапелляционно.

- Работа, работа. Ясно, что именно тебе от меня нужно. - Степан отвернулся к окну, откидывая бутылку на мягкое сидение дивана. - Она снова вернулась к нему, ты понимаешь?

И столько неверия было в этом вопросе, что Влад невольно вздрогнул.

- Знаешь что, брат… - Он редко называл так Стёпу, хотя и мог с уверенностью сказать так только о нём. - Давай-ка завязывай с этим, идёт?

Поднявшись на ноги, он подошёл к дивану, на котором расположился Степан взял бутылку, валяющуюся рядом с ним, повертел в руках, рассматривая её безо всякого интереса, и положил на место.

- Конфисковывать у тебя весь запас алкоголя глупо, да и тебе не пятнадцать лет, поэтому давай договоримся. У тебя есть сегодняшний день для твоей грусти-печали, а завтра я жду тебя в клубе.

Он хлопнул друга по плечу и направился в сторону выхода, не дожидаясь ответа Стёпы, а тому только и оставалось, что молча кивнуть.

Поля совершенно не верила в то, что с ней произошло, хотя постоянно повторяла про себя слова о том, что у неё будет ребёнок. Даже поверить в это было страшно, потому что если бы поверила до конца, то в случае неверного диагноза, наверное, просто бы сошла с ума. Именно потерять веру в существование этого ребёнка было до безумия страшно.

Сейчас, когда она направлялась к Степану, уверенность в правильности её действий росла с каждым шагом. По-другому и быть не должно, именно он заслужил того, чтобы знать.

Двери клуба приветливо распахнулись перед ней, и Поля вздрогнула. Она вышла из своего заточения впервые за пару недель, но дорога к Степану прошла в таких глубоких раздумьях, что Поля не заметила, как добралась до места назначения. Бояться Глеба ей было совершенно некогда, она даже не успела подумать о возможной опасности, когда выходила из дому.