— Что, Ждана? — грустно улыбается Миша. — Я тоже думал, будет проще. Все будет проще, но вот как закрутило. Не выбраться. Как я и сказал, помнишь… Проверь, ты могла взять ее случайно. Она же крохотная совсем. Маленькая, грязная…

— Обзываться не рекомендую.

— Я про флешку, глупыш. Маленькая, грязная бомба. Вот что это такое. Там компромат…

— Миш, я не хочу знать. Сказала же! Меньше знаешь, крепче спишь.

— Но я все-таки расскажу, — упрямится он. — Я не всегда вел дела честно. Когда-то передо мной встал выбор: брать денежку по-маленькой у маменьки и быть вечно обязанным ей сосунком. Или пойти иным путем. Достать деньги рискованно, но быстро и гарантированно больше.

— И ты выбрал второе, — вздыхаю я. — Не мама дала тебе денег на старт?

— Отчего же… Вложения мамы были. В меня. С самого рождения. Она мне недавно такую тираду задвинула, что я своим рождением, жизнью и возможностью дышать ей по гроб жизни обязан… Так что… С точки зрения мамы все мое — это ее и так далее.

— Мерзкая особа, уж прости. Но теперь, когда мы расстаемся, я честно могу сказать, что она мерзкая, гадкая! Она всегда на меня давила, вынуждала делать не лучший выбор, навязывала свою волю. Я о многом молчала, потому что не хотела расстраивать тебя. И то немногое, что я до тебя доносила, ты игнорировал.

— Потому что не видел масштаба катастрофы или просто не хотел его видеть. Хотел ли я в прошлом вечно сидеть под маминой юбкой и слушать ее слова о том, как многим я ей обязан? О нет… Если бы я взял ее деньги, то не только мелко бы плавал. О нет! Она еще и в мой бизнес когти бы запустила, и контролировала каждый мой шаг, совала всюду свое бесценное мнение! — Михаил мрачнеет. — Я четко это осознавал. Поэтому выбрал рискнуть, влиться не в самое законное предприятие и поднять на нем денег, чтобы потом пойти дальше. Это было давно… Проступок серьезен не столько составом преступления, сколько лицами, замаранными в нем. Есть люди, которые пошли высоко, — поднимает глаза вверх. — И занимают государственные должности… Полетит одна голова, полетят многие. Вот что на этой флешке.

— Ты собрался кого-то шантажировать? — интересуюсь я, а у самой мороз по коже.

— Мне хотелось бы иметь козырь. Чтобы у меня были основание попросить о помощи. Обнародование и вскрытие некоторых стал дел невыгодно, понимаешь? Просто небольшой рычаг давления для гарантирования собственной безопасности.

— Шантаж, — вздыхаю я. — Это очень опасно.

— Выхода у меня нет! — возражает Михаил. — Против меня развернули обвинения. Один из партнеров оказался нечист на руку. Тот случай, когда я делегировал полномочия доверенному лицу, а доверенное лицо… вместо того, чтобы проверить все досконально, отработало спустя рукава.