Проблема всегда состояла лишь в том, как объяснить явление, и самое древнее толкование этому – вселение духа. Такое толкование подтверждали еще тем, что вселившаяся личность вела себя совсем по-иному. В бесовской форме одержимости „бес“, например, мог разговаривать на иностранном языке, неизвестном первой личности или...»

Вот! Это уже кое-что! Ее бред! Попытка воспроизвести какой-то язык. Крис торопливо продолжала читать:

«...или проявление парапсихологических способностей, например, телекинеза: перемещение предметов без использования материальной силы...»

Стук? Подпрыгивание кровати?

«В случаях вселения духа умершего происходят и такие явления, как описанный Ойстрахом эпизод с монахом, становившимся во время приступов одержимости способным и одаренным танцором, хотя до заболевания никогда и нигде не танцевал.

Такие явления могут быть весьма впечатляющими. Психиатр Юнг после изучения сеансов одержимости мог дать лишь частичное объяснение тем явлениям, которые бесспорно нельзя симулировать...»

Это уже звучало тревожно.

«...И Уильям Джеймс, величайший психолог Америки, указывал на „правдоподобность“ духовного объяснения этого явления, после того как тщательно изучил так называемое „Чудо Вацека“, девочку-подростка из Вацека в штате Иллинойс, которую нельзя было отличить от девочки по имени Мэри Рофф, умершей в сумасшедшем доме двенадцать лет назад.

..»

Крис, нахмурившись, читала и не слышала, как в прихожей раздался звонок. Она не слышала, как Шарон перестала печатать и пошла открывать.

"Обычно считают, что демоническая форма одержимости восходит к истокам Христианства... На самом деле и одержимость, и изгнание бесов появились задолго до времени Христа.

Древние египтяне, а также жители древнейших цивилизаций Тигра и Ефрата считали, что физические и духовные расстройства вызываются вторжением в организм бесов. Приводим в качестве примера заклинание против детских болезней в Древнем Египте: «Уйди прочь, исчадье тьмы, нос твой как крючок, а лицо наизнанку... Ты пришел лобзать мое дитя... Ты не смеешь...»

Увлекшись, она продолжала читать дальше:

– К тебе явился детектив по делу об убийстве.

– О боже, Шар, скажи ему... – Крис задумалась. – Хотя не надо. – Она нахмурилась, все еще глядя в книгу.

 – Не надо. Пусть войдет. Пригласи его.

Крис замерла в ожидании.

Детектив вошел вместе с Шарон. Комкая в руках шляпу, он сопел, почтительно склонившись немного вперед.

– Мне так неловко. Вы заняты, я вижу, вы заняты. Я вас побеспокоил.

– Ну, как ваши дела с миром?

– Очень плохо, очень плохо. А как ваша дочь?

– О, извините, мне ужасно неловко. – Детектив неуклюже топтался у стола. В глазах его проскальзывало участие. – Вы знаете, я бы вас никогда не стал беспокоить, у вас больна дочь, это так неприятно.