— С чего ты взял, что я умерла? — Лика подлетела к парню почти вплотную, совершенно этого не стесняясь — зачем во сне стесняться?

— С того, что у тебя на лице цемент и ты дух, — просто ответил светловолосый.

— Какой ещё… — Лика потянулась к лицу и сразу же вспомнила, что сделала глиняную маску. Давно уже подсохшая, она, действительно, выглядела так, будто на лице тонкий слой застывшего цемента.

— Это глина. Маска такая, — вздохнув, пояснила девушка. — И я не умерла, а просто сплю.

— Откуда такая уверенность? — изогнул брови светловолосый.

— Э, ну-у, — Лика задумалась. — Это же просто не может быть реальностью. Я летаю бесплотным духом по улицам, и меня внезапно смог увидеть какой-то незнакомец.

— Какой-то? — возмутился вдруг молодой человек. — Я не какой-то! Я — бог!

— Ну, точно сон, — зевнув, заключила Лика. Скорее бы он закончился, а то девушка уже начала от него уставать. Оказывается, сны могут утомлять…

Светловолосый посмотрел на Лику, как на неразумного ребёнка, и произнес:

— Да будет тебе известно — это не сон. Ты умерла и стала неупокоенным духом. Кстати, я могу исполнить твоё желание, ведь я… — молодой человек выдержал паузу и добавил: — Ярило — бог весны и тепла, олицетворение земледелия, плодо…

— А я Афродита, богиня любви. Очень приятно, — сказала Лика, подивившись свой дерзости. В реальной жизни она бы никогда не сказала подобного, а еще в реальной жизни ей бы не встретился странный парень, который называет себя божеством. Кстати, а что ему мешает им быть? Ведь это все — сон.

Божество непонимающе уставилось на Лику, склонив голову, будто решало, действительно она Афродита или нет.

— Ладно, я домой, — сказала девушка, решив на этом прервать странное знакомство.

Божество ничего не сказало, и Лика, вздохнув, полетела в сторону своего дома. К её удивлению, Ярило последовал за ней. А, может, и не за ней. Может, ему в ту же сторону, что и Лике…

Когда девушка уже была почти рядом с домом, то обернулась и спросила:

Светловолосый кивнул.

— Посмотреть хочу на твоё тело, — сказал он и лучезарно улыбнулся.

Несмотря на ночь, Лике показалось, что лицо парня осветили солнечные лучи — такая ослепительная была у него улыбка.

— А что на него смотреть?

— Если ты говоришь, что оно спит, то твой блуждающий дух — это не хорошо.

— Если бы ты умерла.

Осознав, что сказал обидное, Ярило замахал руками, отрицая свои слова:

— Я вовсе не то хотел сказать! Смерть, это, конечно, грустно, но она считается нормой. А вот когда душа отделяется от живого тела — это плохо. — Задумавшись на некоторое время, он спросил: — А ты, случайно, не в коме?

— Нет, я не в коме, — устало произнесла Лика. — Я просто сплю и хочу уже поскорее проснуться.

Наверняка после такого странного сна будет болеть голова.