Гляди, как напрягался, все изучая. Если бы мог, то научился. Значит что-то не так и он не лукавит.

— Но у него получилось управлять другими браслетами, — произношу с дрожью в голосе, вспоминая нишу заполненную артефактами.

— Возможно и ты так можешь, просто не пробовала. Я поражен, насколько хитрая и непростая система. — он бодренько вскакивает на ноги. Сияет от решимости и олицетворяет собой энтузиазм побыстрее добраться до библиотеки. — Я зайду попозже, а ты пока отдыхай. Никаких “но”!

— Хорошо, — устало киваю, переставляя поднос на соседнюю тумбочку.

После ухода Ларча неспокойно.

Из головы не выходит история помешанной Эрин, браслеты, последствия и их взаимодействие и коварные ловушки, которые если и были, то не сработали. Воображение все равно рисует ужасы, от которых содрогаются нервы.

По словам профессора — Аргалон должен вернуться следующим днем, потому что отправился в северные земли.

К вечеру я чувствую себя значительно лучше и бодрее.

По очереди пересекаюсь то с Бонером, пришедшим проведать мое самочувствие. То с Эфроном. И один раз с Маргарет, которая трепетно выполняет обязанности заботливой сиделки и помощницы главного лекаря. Надо признать, не ожидала увидеть ее в таком амплуа.

Под конец дня Ларч так и не заглянул.

Расхаживая по комнате, гадая и беспокоясь, взвешивая “за” и “против” — решаюсь спуститься в темницу и проведать Эрин.

Проведать, конечно громко сказано. Скорее убедиться, что она в общем-то в порядке и поставить последнюю точку.

Эрин в моих глазах больше запутавшаяся фанатичка, а может просто девушка с разбитыми мечтами, чем опасная союзница злодея.

Делая первые шаги из комнаты, а затем по коридору, я к своему удивлению дышу ровно. Покалывающие сомнения отступают, давая понять мне, что каждое мое движение осознанное.

Спрашиваю дорогу у хмурых стражей и с опаской осматриваюсь по сторонам. Почему-то меня начинает преследовать чувство, что за мной присматривают.

Затхлый сырой запах ударяет в нос, едва распахивается дверь, ведущая к лестнице, уходящей в недра замка.

Сжав подсвечник, ступаю на ступеньки. Темно, неприятно до дрожи и страшно.

— Эрин? — зову ее. У меня с собой немного фруктов и стейк. Хоть мне сказали, что ее кормят, но я на всякий случай прихватила.

Страж сказал, что ее камера крайняя. А еще запретил подходить.

Кстати, он за моей спиной. Двигается почти бесшумно, сжимая рукоять сабли.

Железные решетки, вбитые в серые разделенные на камеры стены, вдоль узкого коридора и в дальнем конце женский всхлип.

Едва успеваю занести ногу для следующего шага и меня окутывает тень.

— Простите вейн… — жалобно молвит испуганный страж.

Меня рывком подхватывают на руки.

От неожиданности роняю подсвечник.

Ненадолго, в следующее мгновение я оказываюсь наверху.