Внутри все сжималось от напряжения, но я старалась не подавать виду.

Милиан, не говоря ни слова, направился к столу. Он молча налил себе супа, опустился на стул напротив меня и начал есть. Его движения были спокойными, но в них сквозила какая-то отстраненность. Казалось, он специально старается не замечать меня, будто я – пустое место. Я тоже не поднимала глаз, делая вид, что поглощена едой. Но внутри меня бушевала буря эмоций.

Доев суп, Милиан положил себе второе, налил чашку чая и взял кусок хлеба и сыра. Его спокойствие раздражало и одновременно вызывало странное любопытство. Я украдкой наблюдала за ним, стараясь понять, что происходит у него в голове. Но он оставался непроницаемым, словно каменная стена.

После еды Милиан так же молча поднялся, собрал посуду и направился к тазу. Я слышала, как звякают тарелки, но не поднимала головы. Милиан занялся ремонтом двери в мою спальню. Он достал из ящиков инструменты и принялся за работу. Я поняла, что он не так уж плох в этом деле.

– Молока не хватает, – вдруг проговорила женщина, тихо сидевшая за столом. – Козу себе не хотите? У меня как раз одна лишняя.

Ее предложение застало меня врасплох. С одной стороны, мне хотелось иметь свое молоко, с другой – я понимала, что это большая ответственность.

– Хочу, но содержать ее негде, да и сено нужно, – вздохнула я. – Доить я бы, наверное, научилась…

Женщина улыбнулась и покачала головой.

– Я попрошу мужа. Будет строить баню и пристроит сарай. Там, где одно, там и второе! А я вам ее подарю!

Мое сердце забилось быстрее. Предложение было щедрым, но я не могла просто принять его.

– Ну что вы, баню и сарай я буду рада принять, но за козу давайте заплачу? – сказала я, краснея.

Женщина снова улыбнулась и покачала головой.

– Тогда в придачу получите зерно, веники для козы и сено! – согласилась она.

– Хорошо, я согласна, – наконец сказала я, стараясь не показывать своей радости.

Женщина кивнула и, улыбнувшись, продолжила есть. А я осталась сидеть за столом, чувствуя, как на душе становится теплее.

Гостья, убрав за собой, тихо поднялась на второй этаж, словно скрываясь от мужчины. Ее шаги были почти не слышны, но я чувствовала ее присутствие. У меня возникло множество вопросов к Милиану, но я не знала, как начать разговор.

– Говорите уже, – не выдержал он, как будто действительно чувствовал меня. Его голос был глубоким и напряженным, в нем звучала усталость и что-то еще.

– Когда был зачат ребенок? Мы же не были наедине! – наконец, выпалила я, не в силах больше сдерживать любопытство.

Милиан посмотрел на меня странным, задумчивым взглядом. В его глазах мелькнула тень, которую я не смогла распознать. Он явно не собирался отвечать сразу.