– Не мои? Милиана? Но почему я их чувствую? Как от этого закрыться?

Степка свернулся калачиком и вздохнул:

– Как закрываться, научит дракон, когда вернется. А чувствуешь ты потому, что вы связаны на духовном уровне. Зверь это знает и переживает. А человек – Милиан – он странный. Не хочет ничему верить, даже себе. Верен только странной клятве и королю.

Зверек замолчал, и в комнате повисла тишина. Его маленькое сердечко билось в унисон с моим. Его тепло согревало меня, и я постепенно успокаивалась.

Почему Милиан так себя ведет? Что за странная клятва? И почему он так равнодушен ко мне? Эти вопросы крутились в голове, но ответов я не находила.

– Откуда ты это знаешь? – спросила я, чувствуя, как усталость сковывает тело.

Степка, лежащий на подушке рядом, открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде мелькнуло что-то тревожное.

– Начал потихоньку получать сведения из эфира, – тихо ответил он. – Мне пока сложно. Это большой и мощный поток информации. Он может утащить сознание за собой, если не быть осторожным.

– Я в этом ничего не понимаю, – вздохнула, опуская голову на руки. – Кроме того, что Милиан – моя пара… И я жду от него ребенка. А еще то, что я якобы бесплодна.

Степка нахмурился, обдумывая мои слова, а затем он спросил:

– Что тебя больше беспокоит?

Я задумалась. Что действительно меня беспокоило? Слишком много тайн вокруг. Ребенок – это счастье, но как его растить в такой глуши? Без помощи, без знаний…

– Беспокоит? – повторила я, глядя на Степку. – Да все. Слишком много тайн вокруг меня. Ребенку я безумно рада, но его отцу нет. Еще неизвестно, как он им стал. Почему я и этого не помню?

Степка кивнул, словно соглашаясь с моими мыслями.

– Память вернется, но когда, я не знаю, – сказал он, закрывая глаза. – Возможно, это и не нужно.

Я вздохнула. Его слова звучали как утешение, но не приносили облегчения.

– И из друзей только дракон. Волки теперь под сомнением… Двери и окна надо держать закрытыми, я не хочу вот таких неприятных сцен, – продолжила я, едва сдерживая слезы.

Степка открыл глаза и посмотрел на меня с сочувствием.

– Это не типично для оборотней, – сказал он. – Я попробую узнать, кто эта волчица.

Напряжение в комнате немного спало. Степка всегда знал, что сказать, чтобы успокоить меня.

– Спасибо, – прошептала я, чувствуя, как слезы все же текут по щекам. – Я просто устала.

– Отдыхай, – сказал он. – Все будет хорошо.

Проснулась на рассвете. Сквозь кружевную штору на пол-окна заглядывали первые лучи, но в комнате было так тихо, что это ощущение напрягало. У меня было чувство, что кто-то меня ждет… Кто же это мог быть? Я прислушалась к тишине, пытаясь уловить малейший намек на разгадку.

Сердце билось чаще, в голове роились мысли, а предчувствие чего-то необычного не давало покоя.