Я не смогу развлекать тебя. – Он тщательно выбирал слова, чтобы быть абсолютно уверенным: все, им сказанное, дойдет до жены.

Намек на то, что Оливия не в состоянии позаботиться о себе или сделать что-нибудь самостоятельно, только подлил масла в огонь.

– А меня и не нужно развлекать, Харви! Я умею развлекаться самостоятельно. Привыкла этим заниматься, пока ты занят. Но зато я смогу сделать так, чтобы наш люкс действительно стал для тебя домом вдали от дома.

– И счет за это мне уже подан, – подвел итог Харви, ставя свой бокал на стол и поднимаясь из-за стола. – Это просто смешно, Оливия. Брось свою затею, будь хорошей девочкой.

Разбрызгивая вино, Оливия поставила бокал на стол и бросилась наперерез направляющемуся к дверям мужу.

– Я не ребенок! – взвизгнула она.

Харви остановился и холодно взглянул на нее. Их взгляды встретились и высекли искру.

– В таком случае и веди себя соответственно. Подумай о детях. Ты еще никогда не оставляла их одних. Лететь к черту на кулички, повинуясь мимолетному капризу! Если хочешь расправить крылышки, делай это, по крайней мере, с разумной предусмотрительностью, а не под влиянием мимолетного собственнического порыва, – резко произнес Харви.

Давая понять, что разговор окончен, он демонстративно вышел из столовой и направился, без сомнения, в свою комнату, где обычно отдыхал, листая какой-нибудь альбом по искусству или слушая музыку.

«Собственнический порыв»… Почему он придал этим словам такое мерзкое звучание? Разве я не имею на него никаких прав? Он ведь мой муж.

Оливия села, сложила на коленях дрожащие руки, сжав их в кулаки, постаралась обуздать бушевавшую в душе бурю эмоций. Обида, страх, неуверенность, пугающая неопределенность и жгучая ревность… Какие только чувства не обуревали ее!

Я хорошая мать. Я хотела быть хорошей женой. Разве одно исключает другое?

Конечно, я никогда не оставила бы детей с чужими людьми, но это вопрос решаемый. И потом, речь идет всего лишь о двух неделях. Разумеется, дети будут скучать по мне, но это не смертельно, размышляла Оливия. Пусть желание ехать с Харви и в самом деле обыкновенная глупость с моей стороны, блажь, каприз, однако я уже не могу заставить себя отказаться от нее. Так или иначе, но эта поездка станет решающей для нашего брака, пришла к выводу Оливия. Настала пора взять судьбу в свои руки и во что бы то ни стало постараться изменить характер отношений между ними. Харви должен видеть во мне, во-первых, личность, во-вторых, женщину и, в-третьих, жену.

Оливию совершенно не устраивала роль всего лишь матери детей Харви. Она жаждала большего!

Рука Оливии, сжимавшая щетку для волос, застыла в воздухе, сердце бешено стучало – на лестнице послышались шаги Харви, поднимавшегося в спальню. Шаги медленные, тяжелые.