- Как насчет сделать отношения более открытыми?

- Открытыми? - повторила Эмили.

Майя пробежала пальцами вверх и вниз по рукам Эмили, отчего ее кожа покрылась мурашками.

Эмили ощущала запах банановой жвачки Майи, запах, который казался ей сейчас упоительным.

- Например, мы можем тусоваться у тебя дома.

Я знаю, что ты не готова открыть все это, Эм, но трудно проводить все наше время на этом камне.

Что будет, когда наступят холода?

- Мы будем приходить сюда в лыжных костюмах, - съязвила Эмили.

Эмили смотрела как сильный ветер заставляет ветви деревьев стучать друг о друга.

Неожиданно в воздухе запахло сжигаемыми листьями.

Она не могла пригласить Майю в дом, потому что ее мать уже ясно дала понять, что ей бы не хотелось, чтобы Эмили дружила с Майей... по жутким, почти определенно расистским соображениям.

Но не то, чтобы Эмили собиралась сказать об этом Майе.

И насчет остального, разоблачения - нет.

Она закрыла глаза и подумала об изображении, которое Э недавно прислала ей - целующиеся Эмили и Майя в фото-кабинке на вечеринке у Ноэля Кана.

Она не была готова к тому, чтобы люди узнали.

- Прости, что я медлю, - сказала Эмили.

Но так мне сейчас спокойнее.

- Ладно, - сказала она тоном ослика Иа.

Я просто вынуждена согласиться.

Эмили смотрела в воду.

Две серебристые рыбки плыли вплотную друг к другу.

Когда одна поворачивала, вторая тоже разворачивалась.

Они походили на те эмоционально зависимые парочки, которые зажигали в холле и фактически переставали дышать, когда были не вместе.

Понимание того, что они с Майей никогда не будут одной из таких парочек, немного ее огорчало.

- Ну что, - сказала Майя. - Нервничаешь по поводу своей завтрашней встречи пловцов?

- Нервничаю? - неодобрительно нахмурилась Эмили.

- Там все собираются.

Эмили пожала плечами.

Она принимала участие и в более крупных соревнованиях по плаванию, чем это - в прошлом году на национальной встрече были съемочные бригады.

- Ты храбрее, чем я.

Майя натянула кроссовок обратно на ногу.

Но Эмили была не так уверена в этом.

Майя казалась храброй во всем: она игнорировала правила, которые предписывали носить форму Розвуд Дэй, и появлялась каждый день в своей белой джинсовой куртке.

Она курила гашиш, высунувшись из окна своей спальни, пока ее родители были в магазине.

Она здоровалась с людьми, которых она не знала.

Таким образом, она была такая же, как Эли - совершенно бесстрашна.

Возможно, именно поэтому Эмили увлеклась ими обеими.

И Майя была храбра по отношению к тому, кем она была, чего она хотела и с кем хотела быть.

Ее не волновало, если люди узнают.

Майя хотела быть с Эмили, и ничто не могло остановить ее.

Возможно, однажды Эмили могла бы стать такой же храброй, как Майя.

Но если бы это зависело от нее, это произошло бы очень, очень нескоро.