Говорят, подвластны ему земли простираются так же далеко во все стороны света, но дальше Хольмгарда никто из ее спутников и сам не бывал, кроме Лейви. Теперь Снефрид верила, что от Хольмгарда до Меренланда целый месяц пути – при такой величине страны это достоверно. И еще сильнее верилось, что там, в Меренланде, закончится сам Средний Мир и начнется Утгард – не может Мидгард быть еще больше! «Поверь мне, он еще больше! – смеялся Лейви. – От Меренланда еще несколько месяцев пути дальше на восток, потом на юг – и будет Хазария, Хазарское море, Серкланд! Вот, может, за ними уже ничего нет, тут я не могу поручиться».

 – «А Утгард?» – «Утгард, понимаешь, он как-то между Меренландом и Хазарией. Когда мы через него шли, это был настоящий Утгард!»

Олав конунг, владыка таких огромных пространств, казался лишь немного уступающим самому Одину. Всякая река мельче возле истоков, но Волхову, ложу Змея, истоком служит не какой-нибудь ключик в овраге, а озеро Ильмень, что у окрестных жителей считается земным отражением неба. Хольмгард располагался чуть ниже озера, и Волхов близ него был широк и могуч. Речные берега здесь намного ниже и ровнее, чем на порогах, но Хольмгард стоял на холме, возвышаясь над округой.

В широкой синей реке отражались белые облака, и так легко было вообразить, что плывешь по небесному морю – океану громов, – приближаясь к причалам самого Асгарда.

И при первом же взгляде на Хольмгард вспомнились строки «Прорицания вёльвы»:

Укрепления Хольмгарда строили выходцы из Северных Стран, привыкшие к тому, что гавань и корабли нужно защищать от возможных нападений со стороны суши. Поэтому Хольмгард, будучи только построенным, напоминал вик Бьёрко: причал и место корабельной стоянки были защищены высоким валом, полукольцом со стороны поля, и концы вала упирались в речной берег.

Но возвели его более полувека назад, и к нынешним дням вал Хольмгарда обветшал и был подмыт рекой, бревенчатая стена и башня сохранилась только с южной стороны. Лодьи свеев приближались к Хольмгарду с севера, и отсюда было видно – дубовая стена развалилась, бревна ссыпались в ров. Показалось, что город разрушен какими-то врагами, и душу Снефрид залило отчаяние. Неужели судьба нанесет ей такой удар, когда она уже почти у цели!

К счастью, Асвард ее успокоил.

– Нет, здесь давно уже так, – ответил он, и на его суровом лице отражалось удовольствие от близкого конца путешествия. – Сколько лет сюда езжу, всегда так и было. Никто на них не нападал, с этой стороны стена сама обвалилась. Волхов каждый год ее подмывает. Хакон конунг, отец Олава, строил вал и стену второпях, вот и вышло непрочно.

– Почему же Олав не поправит?

– Видно, считает, что незачем. В округе ему не с кем воевать.