И Снефрид осенило – да это же Дрожащий Путь!

А какая-то сила уже влекла ее на это полотно, вслед за Хравнхильд, и жезл в руке спе-дисы тянул за собой Снефрид с ее жезлом…

Снефрид тогда еще не знала, что река Волхов – один из самых верных путей на тот свет, ибо течет он прямиком с неба в бездну. Следуя за Хравнхильд, она видела лишь сверкающее мягкими цветами полотно под ногами и расшитую звездами черноту по бокам и сверху. Они шли и шли; Снефрид не оглядывалась, но всем существом ощущала, что и берег Волхова с теми ивами, и сам Средний Мир уже где-то очень далеко – ей уже не вернуться, пока путь не будет пройдет до конца и дело не будет сделано.

Вокруг начало светлеть, как показалось, и Снефрид испугалась – неужели уже рассвет? Звездное небо затянуло туманной дымкой, она все густела, и вскоре Снефрид уже не видела, куда идет, только ощущала, что мост перестал колебаться под ногами, отвердел, сияние его угасло. Идти стало сложнее: теперь она ступала по чему-то неровному, в выступах и трещинах. Хравнхильд все так же вела ее, касаясь своим жезлом ее жезла. Впереди все светлело, и вот они вышли на широкую поляну.

На дальней стороне поляны высилось нечто вроде скалы с пещерой. Но не успела Снефрид испугаться, не придется ли им идти в пещеру, как поняла, что это провал среди переплетенных исполинских корней. Где-то в вышине раздавался ровный гул, похожий на шум леса, но источник этого звука скрывал туман.

А посередине поляны кипела вода в источнике, обложенном округлыми белыми камнями. У Снефрид оборвалось сердце – теперь она узнала это место. Она не раз видела его во сне – когда сюда приходила Фрейя. Или Один приходил, чтобы повидаться с Дисой Ванов.

Хравнхильд приблизилась к источнику и там наконец остановилась. Над водой вздымался туман – это он заполонил все вокруг и слоями уплывал куда-то. Снефрид подумала, что он похож на небесные облака… а что если это они и есть?

Тем временем Хравнхильд подняла жезл над источником и обернулась к Снефрид:

Потом заговорила нараспев:

По очереди Хравнхильд и Снефрид повторяли одну и ту же строку, за ними подхватывало эхо, отражаясь со всех сторон, и казалось, уже десятки голосов произносят слова призыва. У Снефрид замирало сердце: она ведь уже встречалась с норной Урд, и встреча эта была не дружеской.

Что если норна затаила на нее зло из-за поединка за жизнь Катлы с Дневного острова?

Хотя что ей, держащей в руках нити всех на свете людей, какая-то Катла?

Туман над водой сгустился, и Снефрид увидела уже знакомую женскую фигуру, с головой закутанную в серо-голубое покрывало.

– Говори с ней! – вполголоса подсказала Хравнхильд.

– Привет и здоровья тебе, Урд! – произнесла Снефрид; ее голос прозвучал необычайно звонко и сильно, и эхо зазвенело ему в ответ.