- Зачем тебе понадобилось его спаивать?

- Чтобы надругаться над ним в самых извращенных положениях! - скептически повела бровью я. - Был конечно соблазн, но я все же дворянка. - я демонстративно выпрямила спину и широким жестом откинула распущенные волосы за спину. - нас вообще-то нравственной культуре дворянок в пансионе обучали!

- Знаем мы, как вас нравственной культуре обучали...

- Достаточно, чтобы не посягать на честь горе-стражников.

- Верю, ты таких мелких сошек не берешь, сразу с начальников тюрьмы начинаешь. - едко сказал Генрих.

- Кто виноват, что он первым подвернулся... - сказала я, мечтательно качая ногами."

"- Боюсь представлять, что бы было, если подвернулся я. - сказал Генрих, отпивая из своего бокала. - Так почему тебя выпустили?

- Вы это так сказали, будто не рады моему появлению во дворце!

- Тебя явно выпустили не за красивые глаза, а за покушение на меня.

- Вы как всегда правы, Ваше Величество, правда не за покушение, а за добавление в вашу пищу порошка, после которого ""король заболеет, пролежит в горячке несколько дней, а когда вещество выйдет из организма, он восстановится"" - последнюю фразу я сказала наигранно деловито, и косясь в потолок.

- Название этого порошка тебе, естественно, никто не сказал. - сказал король с легкой снисходительной улыбкой.

- Пфф, зачем? Я была готова броситься ему на шею, только чтобы он меня выпустил, броситься и откусить ему голову... За кого они меня принимают, знают же прекрасно, какой у оборотней нюх!

- Они надеялись на твое равнодушие к моей жизни.

- Справедливо надеялись... - сказала тихо я.

- Что?

- Что? - передразнила я, широко улыбаясь.

- Так что это? Яд? - проигнорировал мою язвинку Генрих.

- Да, медленного действия, после него вы и правда бы пролежали в горячке неделю, но вот только без восстановления.

- Хм, интересно, и кто дал тебе этот прекрасный порошок? - Генрих снова отпил из своего бокала.

- Он не представился, был примерно вот такого роста, - я вздернула руку, сделав прямой угол ладонью. - лет сорока, с лысиной, толстый, с круглым лицом, глаза серые, невзрачные.

- По описанию похоже на графа Курлинского... Он всегда был довольно предан моему отцу, не думал, что он мог быть против меня. - лицо правителя омрачилось. - Но это может быть и не он.

Лори начал сильно вошкаться, мы говорили негромко, но даже так он вполне мог проснуться.

- Ваше Величество? - сказал он, поднимая сонное лицо к нам. - Я все еще сплю?

- Да! - разом сказали мы с Генрихом.

- Какой реалистичный сон, прямо как реальность. - сказал он, потирая глаза.

- Это, Лори, потому что у тебя фантазия хорошая, до мелочей всё всегда продумываешь, вот тебе такие реалистичные сны и сняться. - проговорила я.