Откинул капюшон, от чего стали видны белые волосы, падающие на лоб, а черные тигриные полосы на висках и шее обозначились еще ярче.

Скинув плащ, он несколькими пинками выбил висевшие на честном слове строителей ограждения загона и взялся за опорный столб.

– На днях Мясник перестал летать, – продолжал он, без особых усилий возвращая перекосившуюся от удара трубу в исходное положение. – Эрика пыталась на него воздействовать, но Мясник проявлял завидное упрямство, и Коди посоветовал оставить его в покое. Мы и оставили, но из-за низкой активности у звездокрыла начались серьезные проблемы со сном. Сперва недосып, потом бессонница, а вот теперь Мясника мучают кошмары наяву. Мне приходится дежурить здесь и усыплять ворчуна, когда тот начинает буйствовать.

С сочувствием перевела взгляд с увлеченного восстановительными работами тиграя на спящего звездокрыла, даже сейчас подергивающего передними лапами, и задала новый вопрос:

– Ему можно как-то помочь?

– Только если знаешь способ, как заставить его летать.

Я немного помялась, собираясь с духом, а после решительно откинула все сомнения в духе «а если не получится?», подобралась, развернулась и созналась:

– Тут такое дело… В общем, есть у меня идейка, как расшевелить Мясника.

О грамотном мотивировании и северных традициях

Ничто так не бодрит, как ласковый кусь в чувствительное ушко.

Стоило челюстям мягко сжаться на черном ухе, как Мясник мигом выплыл из сладких объятий сна и подорвался с пола. Вскочил на лапы, потряс головой и начал поспешно озираться сонными глазами. На морде звездокрыла застыла великая троица мыслей заспанного существа: «кто я», «где я» и «куда проспал на этот раз».

Бестия с радостным писком скатилась с шеи гигантского собрата и веселым галопом профессиональной шкодницы рванула прочь с места преступления. Мясник заметил демарш, протестующе взревел и протянул лапу, чтобы сцапать живой будильник за шаловливый хвостик и провести воспитательные «ата-та» по месту, которое вечно искало приключений, но я заступила дорогу.

– Доброе утро! – поприветствовала разбуженного завра.

Мясник тихо рыкнул, намекая, что утро, может, и доброе, а вот он категорически нет. И вообще, незнакомая девушка знатно портит привычную картину мира звездокрыла.

– Меня зовут Адриана, – представилась я, демонстрируя несгибаемый оптимизм и дружелюбие. – Вот, пришла познакомиться.

Завр наклонил голову и чуть прищурился, рассматривая сине-желтую форму ядожала.

– Знаю-знаю, расцветка не во вкусе звездокрылов.

Упомянутый скривился так, словно ему под нос сунули дохлую собаку, и неодобрительно фыркнул. Стало очевидно: мне только что вынесли модный приговор и влепили предписание «не приближаться».