– Где мой братец?

Секретарь развел руками, что в равной степени могло означать как «понятия не имею, где черти носят это начальство», так и «ничем не могу помочь его хладному трупу».

Прикусив от досады нижнюю губу, я обошла приемную, поймала осуждающий взгляд Фреда и приземлила пятую точку на стул. Руки сами собой потянулись к стопке работ, сложенных рядом. Бездумно пролистала пару страниц, зацепилась за карандашный рисунок звездокрыла и с куда большим интересом глянула на титульный лист. Кто это так бесподобно рисует?

Художником оказался… Глен!

И пусть рисовал приятель схематично, зато крайне реалистично. Не везде, правда, соблюдал пропорции, зато хватал движение, характер звездокрыла и переносил на бумагу.

Я полюбовалась на рисунок Кракена в момент, когда он, распахнув звездные крылья, бежал, чтобы обнять адептов. Улыбнулась при виде воровато оглядывающейся Бестии, стащившей с кухни дыню. Остановилась и замерла при виде печального завра, свернувшегося на голом полу.

Контраст между озорными, дружелюбными звездокрылами и этим одиноким завром бросался в глаза. Опустив взгляд ниже, я пробежалась по тексту:

Я еще раз посмотрела на картинку, разглядывая быстрые линии и смазанные штрихи.

Так, значит, вот ты какой, Мясник, о котором в последнее время все только и говорят. А ведь именно его я едва не погладила на первой ночной практике с Эрикой Магни…

– Адриана, – позвал Фред, снимая с уха переговорник и бросая в деревянный контейнер для мелочи. – Ректор сегодня не появится. Можешь не караулить.

– А где появится? Где караулить?

– Ну не знаю… У себя в комнате? – предположил секретарь, вынимая из прозрачного файла очередной отчет.

– Фред! – возликовала я, срываясь на бег, но притормозила и виновато глянула на занятого полуорка.

– Центральная башня, второй этаж. Допуск у тебя есть. Дверь найдешь. Там везде таблички.

Мысленно расцеловав серокожего полуорка в обе щеки, я рассыпалась в благодарностях и понеслась в центральную башню.

На этаже оказалось всего три комнаты. Первая принадлежала дорал-кай, вторая господину Клебо, третья вела в апартаменты ректора.

Рассудив, что раз допуск мне дали, то ждать должны, я решительно постучала, чтобы в следующий миг испуганно отпрянуть.

– Адриана? – не меньше моего растерялся Хет-Танаш.

Выглядел при этом демон странно. Щеку украшал тонкий порез от мочки уха до уголка губ, к пальцам левой руки был прижат пакет со льдом. На измятой и пыльной ткани штанины зияли кровавыми прорехами на бедре следы когтей.

Вот и кем должна быть та тварь, что достала самого живучего и изворотливого демона из всех, кто когда-либо рождался у правящего рода?

Хет-Танаш хрипло выдохнул, протянул руку и попытался коснуться моей щеки.