Потом его избили, так, что этот ублюдок разучился ходить.

— Он заслужил! — ревет отец, глаза наливаются кровью. Я никогда не видела его таким взбешенным. Только теперь я поняла, почему его так боятся не то, что осужденные, а даже подчиненные — в гневе он действительно страшен. — Каждый в этой семье жил как плешивая псина и подохнет так же! И ты хочешь того же? Такой судьбы себе хочешь?! Чтобы тебе в спину пальцем тыкали?

Вжимаю голову в плечи, в носу противно щекочет. Я уже не хочу спать, я хочу просто раствориться, исчезнуть, чтобы не слушать это все.

— А теперь перейдем к самому интересному, — отец неторопливо поднимется и, взяв со стола папку, начинает мерить шагами кабинет.

Шуршат страницы, старые часы в гостиной тревожно бьют ровно пять раз.

Здравствуй, новый день.

— Кнутов Павел Сергеевич — судим. Статья… — бросает на меня быстрый взгляд поверх очков. — Кстати, знаешь, что он сделал?

— Знаю. Избил урода, который пытался изнасиловать девушку. Он ее спас!

— Спас, конечно, — горько усмехается и тут же выражение лица становится трагически серьезным. — Он сам пытался ее изнасиловать, а тот парень просто пришел ей на выручку.

И едва не погиб, защищая девушку от обдолбаного наркомана. Не знаю, что рассказал тебе Кнутов, но все его слова, от начала и до самого конца — ложь.

— Это не правда… — я не вижу, но чувствую, как кровь отливает от лица. — Все было не так!

— Нет, все было именно так! «Гражданин Волков Н.В, в 2:35 ночи возвращался с рабочей смены и на пересечении проспекта Патриотов и Багратионова заметил, как какой-то мужчина принуждает женщину к половому акту. Об этом свидетельствовали…» Так, думаю, это не для нежных женских ушей, — перелистывает страницу, — … Во-от: «Волков бросился женщине на помощь, попытался нанести нападавшему Кнутову П.

С несколько ударов по голове, но был сбит с ног ударом кулаком в челюсть. Затем Кнутов нанес Волкову несколько ударов берцами по почкам, и пока тот приходил в себя, извлек из кармана нож…», — открывает глаза от уголовного дела. — Дальше зачитывать?

— Не нужно, я поняла, — голос больше напоминает шуршание пергамента, чем речь живого человека.

— Кнутов избил парня до полусмерти, только за то, что человек проявил сознательность! — кладет папку на стол.

 — Бедолага каким-то чудом не остался калекой.

— Почему же его тогда не посадили, если чуть не убил? Вкупе с попыткой изнасилования срок явно получился бы посолиднее.

— Потому что девчонка не стала писать заявление. Не знаю, может, Кнутов или кто-то из его банды умудрились ее как-то запугать, может, подкупили. Сама знаешь, как это все происходит, не без белых пятен. К сожалению, упечь ублюдка за решетку не вышло — статья не потянула. Но это дело времени, Маша, он обязательно сядет. Попомни мое слово.