Но не беспокойтесь: я больше не стану повторять трюк с вином.

Лукас повернулся к ней:

— Вы поверите, если я признаюсь, что разочарован?

Фрэнсис засмеялась:

— Думаете, можно повторить этот спектакль?

Мистер Лукас пожал плечами.

— Хоть какое-то разнообразие! Скучно, знаете ли, переходить от одного гостя к другому и предлагать кусочек гуся.

Фрэнсис расхохоталась совершенно неподобающим образом.

— Даже не знаю, что вам сказать… Вести светские разговоры с самовлюбленным напыщенным гусаком куда хуже.

— Неужели все они так плохи? — не удержался от смеха и Лукас.

— Те, что были моими соседями по столу, да. Причем не только джентльмены, но и дамы. Вчера я сидела рядом с леди Розалиндой Кранберри. Так вот эта дама могла говорить лишь об одном — как хороша ткань, которую она недавно приобрела, чтобы изготавливать банты. Понимаете? Банты. Весь вечер про банты. Вы можете представить себе что-то подобное?

— Да уж, не слишком интересно.

— Вот и я о том же.

— Неужели никто из джентльменов не удостоился вашего внимания? — спросил Лукас, поднимаясь и отряхивая руки.

Фрэнсис вспыхнула. Не могла же она признаться, что ей нравится он, хотя и думала только об этом. Это неправильно… неподобающе… ну и так далее по списку «хорошо — плохо».

Лукас нерешительно кашлянул.

— Я имел в виду… вот вчера вы говорили, что не готовы выйти замуж без любви. Значит ли это, что в противном случае готовы прожить в одиночестве до конца дней?

— Именно так, — ответила Фрэнсис с тяжелым вздохом. — Я совершенно уверена, что любовь — неотъемлемая составляющая брака.

В задумчивости лакей надел ливрею и Фрэнсис почувствовала разочарование. Лучше бы в этот момент он стоял к ней спиной. Он что-то сказал, но она не расслышала. Проклятье!

— Простите, что?

— Я сказал, что — простите за прямоту, миледи, — нечасто можно услышать такие слова от леди…

— Хотите сказать, — заметила Фрэнсис, — что все дамы из общества заинтересованы не в муже, а в его деньгах и статусе?

Судя по странному выражению, мелькнувшему на его лице, мистер Лукас именно так и думал.

— Прошу меня простить, миледи, я вовсе не…

Фрэнсис отмахнулась.

— Все в порядке. У нас с вами нет причин лгать друг другу. К примеру, могу сказать, что я завидую вашей свободе выбора.

— Свободе, миледи? — скрестив руки на груди и склонив голову к плечу, переспросил Лукас.

У Фрэнсис буквально пошла кругом голова. Как же он хорош! Интересно, каким мылом он пользуется? От него исходил совершенно восхитительный аромат, что было весьма необычно.

— Знаю, вам это кажется странным. — Она грустно усмехнулась. — Но вы по крайней мере можете жениться на ком хотите: вполне на той, кого полюбите.

— Ах вот вы о чем… Если я правильно понимаю, вы в кого-то влюблены, но это не сэр Реджинальд.