Кожа ладоней расчесана травой, на платье налипли сухие стебли и несколько комков репейника. Отдираю их, но замираю. Вспомнив о том, что у этого дикого пса есть хозяин. Стоит об этом подумать, как из тумана показывается жеребец.

— Бог ты мой! — роняю с губ и хватаюсь за скользкую траву, чтобы подняться, да не могу, нелепо путаюсь в бурьяне и в складках своего довольно тяжелого платья.

— Кого ты поймал, а ну покажи? — слышу всё тот же бас.

Едва я поднимаюсь, как громила снова толкает меня, повалив на землю. Да что ж такое?!

— Вайт, а ну не сметь! Прочь! Прекрати! Прочь! — наконец хоть одна благоразумная команда.

Жеребец чёрной масти подходит так близко, что едва не тыкается в меня мордой с ухоженной гривой. Он явно породистой масти, судя по белым носочкам на ногах. Впрочем, не менее породистым оказывается и сам наездник — определяю по его чёрным до колен сапогам и длинным ногам, когда всадник спрыгивает на землю и в два широких шага подходит ко мне.

Пёс прыгает рядом, но не приближается, чему-то бурно радуясь, вывалив розовый язык из клыкастой пасти.

Я торопливо одёргиваю платье, которое задралось — стыд-то какой — до самой каймы чулок! Видимо, незнакомец успел что-то заметить: застопорился в помощи. Но в следующий миг мужские руки одним рывком поднимают меня с земли, да так резко, что я не успеваю найти опору и немного заваливаюсь на него, держась за ткань рукавов, краснея до кончиков ушей.

— Вам не стоило убегать, и всё было бы в порядке, — вдруг произносит спокойно он.

Внутри меня мгновенно вспыхивает возмущение. Что? Мне не стоило? Яростно отбрасываю выбившиеся из причёски влажные пряди с лица и вскидываю взгляд, приготовив пару недружелюбных слов. Но они застревают в горле горячим комом.

На меня смотрят чёрные как угли глаза молодого мужчины из-под век с бархатными тёмными ресницами, такие же чёрные брови, как разлёт орлиных крыльев, тоже совершенно бесстрастные и непредвзятые, как и идеально прямой аристократический нос и выразительной формы мужские губы, на которых мой взгляд и бесстыдно задерживается. По венам вдруг кровь толкается горячее — весьма неоднозначная реакция.

— Как вы? Всё хорошо? — продолжает говорить он уже ровно.

И я моментально прихожу в себя.

— Как видите, не совсем, ваша соб… питомец напугал и испортил мне платье.

— Извините, — произносит он действительно с некоторой виной. — Не думал, что в этом диком месте могут прогуливаться молодые леди, и тем более в одиночестве.

— Да, мне так захотелось, — начала отряхивать траву с груди, вынимать из волос.

Как бы я ни пыталась держаться с достоинством, неловкость всё же обуревает меня. Как теперь возвращаться в таком виде?

— Вы маг? — последующий вопрос обескураживает.